WWW.DOCX.LIB-I.RU
БЕСПЛАТНАЯ  ИНТЕРНЕТ  БИБЛИОТЕКА - Интернет материалы
 

Pages:   || 2 | 3 | 4 |

«СВЯТО-ТИХОНОВСКИЙ БОГОСЛОВСКИЙ ИНСТИТУТ Лега Виктор Петрович, кандидат богословия. ОСНОВНОЕ БОГОСЛОВИЕ, ИЛИ ХРИСТИАНСКАЯ АПОЛОГЕТИКА Курс лекций, прочитанный студентам Дальневосточного ...»

-- [ Страница 1 ] --

СВЯТО-ТИХОНОВСКИЙ БОГОСЛОВСКИЙ ИНСТИТУТ

Лега Виктор Петрович, кандидат богословия.

ОСНОВНОЕ БОГОСЛОВИЕ, ИЛИ ХРИСТИАНСКАЯ АПОЛОГЕТИКА

Курс лекций, прочитанный студентам Дальневосточного государственного университета (ДВГУ) в апреле 2000 г.

Введение

Термин апологетика образован от слова апология – защита. Христианская апологетика - это защита христианского учения от различных (агрессивных и неагрессивных) выступлений нашего мира. В этом смысле апологетика существовала всегда. Даже более того, первые церковные писатели назывались отцами-апологетами: Иустин Философ, Татиан, Афинагор, Лактанций, Климент Александрийский. Первая задача Христианской Церкви - это защита зарождавшегося христианского учения перед лицом античной языческой культуры. Любому человеку, даже имеющему весьма поверхностное представление об истории, известно, что греческая и римская культура имели тысячелетнюю историю с огромными философскими, историческими, научными достижениями. И в эту огромнейшую культуру, средоточием которой являлись Афины, вдруг приходит откуда-то издалека, из Иудеи провинциал, апостол Павел, и начинает проповедовать. Это подобно тому, как если бы в Москву или Париж приехал малообразованный житель Крайнего Севера и начал учить истине. Понятно, что на него смотрят как на некого сумасшедшего – в столицу с тысячелетней культурой… Естественно, эта истина не воспринимается. Поэтому задачей первых христиан была защита христианства. Им необходимо было показать, что христианство, хотя оно и зародилось с точки зрения высококультурных греков и римлян на окраине Римской империи, в ее провинции, тем не менее, это истинное учение. А поскольку оно истинное, оно не может противоречить всем другим истинным учениям и науке, как-то: истинной философии, математике или астрономии, истории и другим областям знания.



Затем, когда христианство укрепилось, когда через два-три столетия защита христианства уже как таковая не требовалась, когда культурные люди поняли, что христианство возникло не как сумасшествие, не как выдумка неких странных людей, а как действительное Откровение Божие, тогда возникла другая задача – разработка и обоснование догматического учения, ответы на другие вызовы - на вызовы еретические. Наступает эпоха Вселенских соборов, которые отвечали на вызов ересей: арианства, несторианства, пелагианства, монофизитства и прочие.

Сейчас время примерно такое же, как и во времена первых христиан. Увы, процент христиан в современном мире можно сравнить с тем процентом, который был в первые века. Хотя разница, конечно, огромная: ведь в первые века культура была языческая, сейчас культура христианская, и даже те люди, которые себя христианами не считают, а называют себя антихристианами или атеистами, все равно в основе своей культуры и нравственности мы все являемся христианами. Десять заповедей не выбросишь из нашей нравственности.

Но по мировоззрению наша эпоха, увы, является атеистической. Поэтому сейчас опять на один из первых планов выходит задача апологетики - защиты христианства. Ибо после того, что сделала эпоха Просвещения с легкой руки французских просветителей, а затем западных, а потом и русских марксистов, нигилистов и других слишком свободомыслящих людей, почему-то стало утверждаться мнение, которое афористично было выражено в такой фразе: «Наука доказала, что Бога нет». Когда я слышу такую фразу, я прошу: «Я - ученый по образованию и привык работать с конкретными первоисточниками, пожалуйста, дайте мне ссылку, подскажите в какой книге, кто, где доказал, что Бога нет.





К какой науке относится данное доказательство: физике, истории, может быть, филологии? Что это за доказательства?» Фраза эта («Наука доказала, что Бога нет») голословная, скорее газетная, публицистическая, а не научная. И, тем не менее, большинство людей очень легковерно относятся к научной истине, поскольку информацию о науке воспринимают с газетных страниц, а отнюдь не из научных источников. Это беда и особенность настоящей эпохи. Так вот такая легковерность привела к тому, что люди считают: наука доказала, что Бога нет, мы живем в научную эпоху и верить в Бога, по крайней мере, смешно. Можно, в крайнем случае, верить во Всемогущий Разум. Но верить в личного Бога, которому нужно поклоняться, нужно молиться, служить литургии, всенощные – это наивно, это мракобесие, темнота.

Очевидно, опять возникает необходимость в апологетике - доказательстве того, что учение Церкви Христианской, прежде всего Православной является истинным. Я говорю: прежде всего, потому что и Католическая Церковь догматически в большинстве своем осталась верна учению Христа. В некоторых отношениях она отошла, вы помните догмат о Непорочном Зачатии, об исхождении Святаго Духа, но никаких догматов в отличие от протестантской церкви она не выбросила, в этом плане Католическая Церковь сохранила преемственность. Протестантская церковь, в свою очередь, утверждает истинность бытия Пресвятой Троицы, истинность исторического существования Христа, и в этом мы не будем спорить с протестантами. Поэтому когда мы будем говорить об апологетике христианства, мы будем иметь в виду христианство в его всеобъемлющем охвате, а когда мы будем говорить об апологетике православной, то мы будем оговариваться, что здесь идет речь именно об истинном христианстве в его полноте, т.е. о православном вероучении.

Я показал, зачем необходима сейчас апологетика, т.е. защита, хотя здесь возникают некоторые недоумения: почему А.И. Осипов подчеркивал, что это основное богословие, а не основное. Основное главное богословие должно, конечно же, основываться на самом себе. Не может главное богословие основываться на чем-то внешнем. Если главное богословие, понимаемое как апологетика, будет воспринимать в свой предмет из других дисциплин и зависеть от динамики этих дисциплин, тогда грош цена такому богословию. Это действительно будет не учение о Боге как о Творце мира, а некоторое следствие, некоторый частный случай из других наук, на которых основывается это богословие.

В Православной Церкви принято разделять предметы апологетики и основного или основного богословия. Я так говорю, потому что я руководствуюсь нормами русского языка, и буду употреблять слово основное, но вы, слыша это слово, понимайте, что я употребляю его в том смысле, что и профессор Московской Духовной Академии А.И.Осипов, как основное богословие.

Апологетика выполняет частные задачи.

Это ответы на вызовы нашего секулярного атеистического мира. Задача основного богословия несколько иная. Сейчас я вам покажу еще один учебник. Это учебник Светлова, который называется «Одигетика». Одигетика - термин нераспространенный, Светлов сам этот термин ввел в обиход. В переводе с греческого «одигетика» означает «путеводитель». Полное название этой брошюры «Руководитель к занятиям апологетикой в связи с общим руководством по богословской пропедевтике». Это учебник дореволюционной Московской Духовной Академии. У Светлова есть более обширный курс христианской апологетики, но он пока не переиздан. Вот эта брошюра сейчас издана в Москве. Достаточно хорошее популярное введение в основное богословие.

Итак, в чем состоит задача христианской апологетики? Она состоит в доказательстве того, что те аргументы, которые используются секулярными, т.е. мирскими, оторванными от Церкви учениями, ошибочны. Таких аргументов всегда не так уж много. Их можно сосчитать по пальцам двух рук. Аргументы эти общеизвестны. Они представлены в газетных публикациях и в так называемых научных изданиях. Знают их все. Наша задача будет, в частности, заключаться в рассмотрении и этих аргументов.

Для удобства я разделяю апологетику на три больших блока. Это естественнонаучная, философская и историческая апологетика. Здесь должен быть и четвертый блок, хотя в тему апологетики он не укладывается: апологетика как учение об Откровении, учение о Церкви.

Итак, вопросы, которые связаны с естественнонаучной апологетикой. Это, прежде всего, вопрос об отношении религии и науки. Считается, что эти отношения антагонистические. Религия и наука несовместимы. Упоминается афористичная фраза о том, что «наука доказала, что Бога нет». Антагонистические отношения, к сожалению, очень часто принимают обоюдный характер. Ученые насмешливо смотрят на богословов, на верующих людей, считая их темными, забитыми, которых надо просвещать светом науки. Существует такой просветительский взгляд: со временем, когда все человечество будет образованным, все религиозные заблуждения исчезнут. Осталось убеждение, что люди темны, и в силу своей темноты объясняют то, что можно объяснить с помощью научных категорий, с помощью сверхъестественных сил. Это противоречие подогревается и с другой стороны. Некоторые не очень образованные богословы (противоречие в определении), а чаще не богословы, скорее просто церковные люди (а в Церкви, как и везде в мире, есть люди разные) часто смотрят на науку как на нечто такое подозрительное. А как на нее еще смотреть, если говорить не о науке, а о людях от науки, которые нападают на Церковь? Естественна охранительная реакция. Если вы нападаете, то вы не от Церкви, вы не христиане. И эта война против людей от науки переносится на всю науку. Объявляется, что наука есть заблуждение, некое изобретение дьявола, что истинное христианство никогда не может основываться на науке. Такое отношение к науке у нас в России, прежде всего, поддерживается в старообрядчестве, которое в свое время сделало такой четкий логический шаг, убежав от науки в Сибирь, в алтайские горы, образовав там свои общины, живя вдали от культуры, вдали от цивилизации. По-человечески это честно, и более честно, чем такие двусмысленные заявления. Особенно удивительно бывает читать такие высказывания против науки, отпечатанные, например, на лазерном принтере.

Такое противостояние может быть с двух сторон. Одна из задач апологетики – показать, что это противостояние ошибочно. Оно возникает у некоторых ученых в силу их незнания основ самой науки и незнания христианства, иными словами это то, что Александр Исаевич Солженицын назвал замечательным словом «образованщина». А задолго до Солженицына известный английский философ Френсис Бэкон сказал афористичную фразу: «Небольшие глотки науки удаляют от Бога, большие глотки, наоборот, приближают к Нему». Большие глотки науки мы с вами сделать не сможем, но у нас есть возможность показать, что наука не противоречит христианству, а христианство, наоборот, не противоречит науке. Противоречить могут некоторые люди, которые ошибочно понимают науку и христианство.

Это одна из проблем, которая в свою очередь вытекает из другой проблемы высшего уровня, которая является уже философской – проблемы отношения веры и разума. Наука, естественно, основывается на разумной способности человека, а христианство, как и любая религия, предполагает, прежде всего, веру в Бога. Именно верою человек спасается, а не доказательствами. Это истина очевидна для любого христианина. Опять считают также, что вера и разум противоречат друг другу. Современный человек не может все принимать на веру. Вера - это не современно, нужно все доказывать. А поскольку христианство основывается на вере, значит христианство не истинно. Вот это другой серьезный вопрос апологетики.

Однако, с другой стороны, из вопроса отношения науки и религии вытекают более частные апологетические вопросы, конкретные вопросы научного учения или конкретные вопросы христианского богословия, например, вопрос о чудесах. Христианство основывается на чудесах. Евангелие начинается с чуда - Непорочного Зачатия. Я не говорю о Благовещении, это можно сказать, чудом и не является. Ну, мало ли что могло показаться, а вот Непорочное Зачатие, факт рождения Девой – это явное чудо. Заканчивается Евангелие также чудом – телесным Вознесением. Если говорить о главном чуде, на котором основывается христианство - Воскресении Иисуса Христа, это также чудо, которое не согласовывается с естественнонаучными понятиями. Таким образом, вопрос о чудесах – один из главных вопросов апологетики. Его мы тоже будем рассматривать. Считается, что чудес не бывает, и наука это доказала, следовательно, ни о каком христианстве в его евангельском варианте речи быть не может. В лучшем случае это некоторые литературные преувеличения, гиперболы, чем реальные факты. А, тем более, что некоторые предпочитают верить в некоторый Всеобщий Разум, например Спиноза, Эйнштейн. С другой стороны есть другая крайность – верить в полную чудесность.

Хоть в Москве, хоть в Подмосковье, везде найдешь такие рекламные листовки: магия, приворот. Бабушка сфотографирована, прости Господи, с крестом и со свечей на фоне Священного Писания, которая по фотографии привораживает любимого. Речь идет о полной чудесности нашего мира. Какая наука, когда мы можем сделать приворот, снять порчу, сглаз?! Есть странные симбиозы. Объявляется научным такое учения, как валеология. Она объявляет себя наукой о здоровье, когда там наукой и не пахнет. На самом деле это оккультные учения, основывающееся на применении магии и колдовства или на восточных религиозных культах... Разным может быть отношение к проблеме чудес.

Следующая проблема - проблема эволюции, возникновения человека. Это еще один частный вопрос, являющийся вопросом апологетики. Действительно ли правильно то, что сказано в первых главах книги Бытия - первой книги Ветхого Завета Священного Писания: то, что мир был сотворен в течение шести дней, что человек был сотворен Богом? И как это согласовать с представлениями палеонтологов о том, что мир существует множество миллионов лет, миллиардов лет, что была длительная эволюция, что человек произошел от обезьяны в результате трудовой деятельности и т.д.? Это также вопросы, которыми мы с вами будем заниматься, и ответы на которые вы должны получить.

Один из главных вопросов философской апологетики – о наличии в мире зла, который именуется христианской теодицеей. Термин введен в обиход великим немецким философом, математиком и физиком Лейбницем. Образован от греческих двух слов: «теос» – Бог, «дике» – правда, справедливость, т.е. это оправдание Бога. Вопрос этот сводится к обычному простому размышлению, который делает человек незнакомый с аристотелевской силлогистикой. Размышление доступно любой домохозяйке. Если мир сотворен всемогущим, всеведущим, всеблагим Богом, то откуда в мире зло? Почему в этом мире получается так, что праведники страдают, а негодяи, наоборот, живут блаженствуя? Если Бог всемогущ, Он может сделать все; если Бог всеведущ, он знает, что праведники страдают, а негодяи блаженствуют, а если Он справедлив, то Он должен сделать так, чтобы праведники получили вознаграждение за свою праведность, а негодяи получили наказание. Но этого, к сожалению, не происходит. Значит, или Бог не всемогущ - Он не может изменить ситуацию, или не всеведущ - Он не знает, что делается. Но ни то, ни другое невозможно себе представить. Или Он не всеблаг, т.е. Он наслаждается страданиями своих тварей, что также невозможно представить. Значит, Бога нет. Делается такой вот элементарный логический вывод.

Далее идут вопросы исторической апологетики, т.е. вопросы действительного исторического существования Иисуса Христа. Как я уже сказал, мы живем в странную эпоху. Люди не задумываются над тем, что они часто говорят, они не могут сопоставить двух предложений. Замечая противоречия в словах других, они не замечают противоречия у себя самого. Говоря евангельскими словами, видя соринку в чужом глазу, не замечают бревна в своем. Бытуют такие мнения: « Конечно, да, Иисус Христос был, но это был обычный человек, хороший и добрый проповедник, которого за его дела, за его проповедь распяли, как это часто бывало в Древнем Риме».

В марксистской историографии принято было считать, что никаких евангельских событий не было. Все это выдумано. Христианство есть выдумка. Может быть, были какие-то люди, которые что-то проповедовали, но конкретно этих событий, описанных в Евангелии и происходивших в Галилее, Назарете, Иерусалиме, не было. Сейчас не то что люди с улицы или домохозяйки, но даже и ученые говорят, не задумываясь о связи своих фраз. В некоторых книжках с удивлением обнаруживаешь фразы, соседствующие друг с другом. Стараясь доказать ошибочность исторических событий, изложенных в Священном Писании, приводят вместе аргументы Фрейда, Древса, других атеистов, не понимая, что если мы отстаиваем точку зрения Маркса, то не можем соглашаться с Фрейдом и Древсом. Если мы фрейдисты, то мы должны выбросить все то, что говорил Маркс. Одно другому противоречит. Нельзя, как говорят в физике, быть одновременно сторонником теории эфира и теории относительности Эйнштейна. Необходимо выбрать или одно, или другое. Здесь же все, как говорится, до кучи, лишь бы доказать, что Бога нет. Однако люди не понимают, что тем самым делают медвежью услугу самим себе, потому что любой человек, который логически мыслит, скажет: «Ваша теория гроша ломаного не стоит, потому что у вас логики никакой нет. Вы будьте или фрейдистами, или марксистами, или сторонниками теории Древса, которая, что замалчивается, была принята в нацистской Германии, как марксизм в Советской России».

Вот эти вопросы так же мы с вами должны будем рассмотреть. Это примерный набросок того, что нам с вами предстоит изучить. Не знаю, устрою я вас как преподаватель или нет, но я думаю, что вопросы, которые мы будем поднимать, уже по своей формулировке являются важными и интересными. Поэтому я надеюсь, что время мы здесь проведем не напрасно.

Еще несколько слов конкретно о предмете основного богословия. Многие авторы совершенно по-разному подходят к предмету основного богословия. Вот, скажем, «Введение в основное богословие» архиепископа Михаила (Мудьюгина): «Многообразие церковного творчества привело к возникновению широкого спектра богословских наук. Так, кроме основного, в школах преподаются догматическое, нравственное, пастырское, сравнительное богословие. Первое место в ряду этих богословских наук занимает основное богословие. Основным оно называется потому, что в нем рассматриваются и изучаются самые главные, основные, наиболее общие истины, без усвоения которых все главные богословские науки могут показаться беспочвенными». С этим высказыванием можно согласиться, можно немножко и поспорить.

Еще одно существенное замечание насчет предмета основного богословия. Если мы посмотрим на программу современных Духовных училищ, учебных заведений Русской Православной Церкви, то мы увидим, что предмет основного богословия преподается далеко не во всех таких заведениях, и не только потому, что нет преподавателей.

Конечно, время, в которое мы сейчас живем, крайне тяжелое. Я не случайно сравнил его со временем первого века Церкви. Сейчас во многом все обстоит так, как в первые века, когда не было богословов. Но тогда был живой опыт, были апостолы, у которых был конкретный живой опыт общения со Спасителем. И эти апостолы проповедовали и обучали непосредственно, переносили свои истинные знания другим людям. Это было апостольское время, но учебников, книг, пособий, которые можно было бы дома спокойно в тишине изучить, – такого не было.

Теперь время похожее. Советская власть существовала 70 лет, но сделала она за эти годы очень много. Я вкратце ознакомился вчера, беседуя с руководителями вашей кафедры, с тем, что было сделано у вас в Приморье, и просто ужаснулся. Я с удивлением и с ужасом узнал, что в Приморье была такая ситуация, что во Владивостоке не было ни одного храма… История Владивостока не такая, как история центральной России, где города существовали более 1000 лет. Есть такие памятники церковного зодчества во Владимире, Суздале, Москве, разрушить которые даже у самого варварски настроенного большевика рука не поднялась. Здесь история гораздо меньше по времени, и в связи с этим историческая ценность церковных памятников меньше, поэтому урон, нанесенный Приморью, конечно, гораздо более значительный, чем в Москве. В Москве даже в самые тяжелые времена всегда было несколько десятков никогда не закрывавшихся церквей, в то время как в Приморье всегда существовала только лишь одна церковь, которая не закрывалась. Одна церковь почти на двухмиллионное Приморье! Конечно, это страшно. Но страшно не только это. Для христианина, как сказано, Святой Дух дышит, где хочет. Для христианина можно жить нормальной полноценной церковной жизнью даже в ГУЛАГе, где не то что литургию совершить, а просто невозможно помолиться спокойно. Страшно не только то, что были сожжены церкви, уничтожена традиция, разрушена культура. Священники, богословы расстреляны, уничтожены в лагерях, в лучшем случае они уехали за рубеж. Книги сожжены, в крайнем случае, были спрятаны в единственном экземпляре в спецхране в Москве, в Ленинграде. Поэтому образованных христиан крайне мало не только во Владивостоке, но и даже в Москве. Сейчас у нас и у вас образуются Духовные школы, и главная проблема у них заключается в преподавателях. Даже в Москве проблема преподавателей тоже существует. Хотя в Москве существует несколько Духовных школ, начиная с Духовной Академии, кончая Воскресными школами. Поэтому вопрос, почему основное богословие не включается в программу различных Духовных учреждений, конечно же, связан с отсутствием преподавателей, но не только с этим, а также с тем, что предмет основного богословия всегда авторский.

Посмотрите на традицию Духовного образования в России. Основное богословие появилось в конце XIX века в качестве дисциплины духовных учебных заведений, Духовных Академий: Московской, Петербургской, Киевской, Казанской. До этого такого предмета не было. Это было обосновано тем, что не было серьезных вызовов. Вызовы Церкви появились в конце XVIII века в эпоху Просвещения. До этого конфликта как такового не существовало, были частные локальные конфликты, с отдельными людьми, которые носили внутрицерковный характер – ереси и расколы. С эпохи Просвещения с французским вольнодумством, которое было занесено в нашу страну в эпоху наполеоновских войн, возникло и распространилось вольнодумство, приведшее к нигилизму, к декабризму и другим печальным явлениям в нашей истории. Появилась необходимость введения апологетики в Духовных учебных заведениях. Еще подчеркиваю, и эта причина не была единственной, не отсутствие предмета апологетики, а то, что предмет апологетики - это курс всегда авторский.

Я не знаю, как вы изучаете философию, и забыл уточнить: вам читают историю философии или систематическую философию? (Ответ – изучение идет параллельно в течение одного семестра) Один семестр - это чрезвычайно мало. Но даже этого семестра достаточно для того, чтобы понять, что не существует философии как таковой. Существует математика как наука, существует физика как наука. Нельзя предположить, что существует физика Ньютона, физика Декарта, физика Эйнштейна, физика Ландау и Лившица, и между ними есть противоречие. Это эволюция одной и той же физики.

В философии совершенно противоположная ситуация. Как таковое культурное явление философия существует, и никто с этим спорить не будет. Но философия Платона, Аристотеля, Августина, Фомы Аквинского, Декарта, Канта, Гегеля, Гуссерля, Сартра – они все друг с другом не состыкуются. Нельзя быть одновременно кантианцем и экзистенциалистом, платоником и марксистом. Здесь же, как мы видим, в предмет христианской апологетики, основного богословия, включаются философские вопросы. Философские вопросы можно решать философскими методами. Их нельзя решить какими-нибудь математическими или физическими методами. А если мы решаем их философскими методами, то сразу напрашивается вопрос: а какую философию мы берем? Марксистскую или платоновскую, кантианскую или феноменологическую? И в этом случае получается очень странная ситуация для христианства. Мы основное богословие (как сказано в книжке – главное) основываем на какой-то философии, т.е. христианство получается некоторым наслоением на философском учении, причем на одном. Я, допустим, платоник и читаю вам основное богословие, основываясь на платоновских взглядах. Вслед за мной приходит другой преподаватель и говорит, что Платон ошибался, Аристотель прекрасно показал его ошибки. Надо основываться на аристотелевском учении, как это делала Католическая Церковь. И он будет читать вам курс основного богословия, основываясь на аристотелевском учении. Получается два основных богословия. Вы можете себе представить, что есть какая-нибудь наука, в которой есть две различные науки? В философии такие возможности имеются.

Хотя всегда находятся такие философы, как Маркс, который сказал: «Все, что было до этого, - это была предыстория, которая шла к моей философии». Затем возник марксизм как истинно научная философия. Нас так учили в советские времена. Сейчас во многих вузах кафедры марксистско-ленинской философии переименованы в кафедры теоретической философии, а кафедры научного коммунизма в кафедры политологии. Те же самые люди, которые, естественно, читают то же самое.

Получается основное богословие в различных вариантах. В одной Духовной школе так получилось, что преподаватель основного богословия был по своим философским убеждениям платоник, другой базировался на философии Аристотеля, были кантианец и гегельянец. Это полный абсурд. Богословие должно быть одно. Богословие - учение о Боге. Бог один, догматы одни, учение должно быть одно. Поэтому основное богословие - это всегда авторский курс, так же как философия. Поэтому у нас на занятиях в институте возникают споры. Студенты со мной не соглашаются. Я этому очень рад. За 4,5 года они научились думать, а не просто слепо записывать то, что им говорит тот или иной преподаватель. На 1 и 2 курсе нужно набирать знания, потом эти знания уже нужно осмыслять. Основное богословие, апологетика как авторский курс, не может быть одинаковым. И поэтому здесь возникает такое мнение, что по этой причине такой курс не нужен. Ну почему Духовное учебное заведение, там, где изучается то, что является общим, должно уделять время частностям?

Наука не может быть чьим-то частным мнением. И почему, когда мы изучаем науки – история Церкви одна, патрология одна, догматика одна - мы должны разрешить какому-то имя рек только за то, что мы его уважаем и любим, излагать свои собственные взгляды? Но когда я говорю, что студенты со мной не соглашаются, и я этому рад, то это означает, что мы можем за год набросать лишь схему ответов, которые я предлагаю на вопросы, на проблемы, некоторые из которых я здесь назвал. Моя главная задача при чтении курса апологетики состоит в том, чтобы студенты поняли: перед ними открывается огромное море знаний. За этот год мы не должны изучить все от А до Я, запомнить, зазубрить, и хоть в 4 часа утра нас разбуди, выдать безошибочно те положения, которые преподаватель нам продиктовал. Таким образование никогда не бывает.

Образование в любом вузе – естественнонаучном, гуманитарном - всегда основывается на том, что студента научают думать. Вот в этом отличие высшего образования от среднего, в частности – от средне-специального. Цель средне-специального образования состоит в том, чтобы научить учащихся выполнять те или иные операции: хорошо ремонтировать автомобиль, хорошо шить, хорошо, может быть, рисовать, но в целом делать конкретную операцию. Высшее образование обучает человека творчеству, учит решать проблему. Не запомнить, а именно решать проблему. И предполагается, что выпускник высшего учебного заведения, приходя на свою работу, не важно, кто он – физик, математик, филолог, историк или богослов, столкнувшись с какой-либо проблемой, может самостоятельно ее решить. Вот главное, чего добивается любое высшее образование. Именно в этом я и вижу свою собственную задачу – научить студентов думать, решать проблему, подходить к ней. Запомнить тот способ размышления, который предложил преподаватель, но не подходить к этому догматически. Это всего лишь некоторый толчок для студента, который обучается своему собственному размышлению.

Есть гениальная фраза великого советского педагога Сухомлинского: «Ученик – это не сосуд, который нужно наполнить, а факел, который нужно зажечь». Фраза затасканная, и поэтому воспринимается как нечто пошлое. Но фраза действительно гениальная, действительно истинная. А если преподаватель начинает лить воду в прямом и переносном смысле на этот факел, то сами понимаете, никакого огня не получается, даже дыма. Вот почему я сказал, что рад, когда студенты не соглашаются. Значит, они научились думать. Значит, они научились размышлять. Из них кое-что получится.

Но не соглашаться тоже можно по-разному. Можно не соглашаться, как известный герой чеховского рассказа: этого не может быть, потому что этого не может быть никогда. Это один способ несогласия, который я никогда не восприму. И есть другой способ несогласия – способ честного спора, честного поиска истины.

Поэтому задача основного богословия, задача апологетики состоит в том, чтобы студент увидел: противоречия, которые казались действительно существующими, на самом деле не существуют, что те разрывы, которые существуют между христианством, наукой, историей, философией - это на самом деле просто небольшие трещины, возникшие от нашего непонимания. Можно представить, что физика полна противоречий? Механика классическая не состыкуется с квантовой механикой, динамика не состыкуется с электромагнетизмом, учение о поле не состыкуется с учением о твердом теле. Можно сказать, что здесь противоречие. Но для физика противоречий нет. И вещество, и поле, и классическая механика, и квантовая, и релятивистская физика, и физика нерелятивистская – это все разделы одного и того же физического учения. Так же нет противоречий и для математика между математикой разных авторов. Как нет противоречий для биолога между генетикой и учением о живых организмах. Понятно, что противоречия только лишь кажутся. Так же и здесь мы должны увидеть отсутствие этих противоречий, увидеть способы их решения, и учиться эти решения не только выслушивать, но и находить самим.

Я говорил на прошлом занятии, что основное богословие является авторской дисциплиной. Часто вопрос, каково определение этой дисциплины, даже и не ставится, хотя изучение любой науки начинается с того, что дается определение этой науки. Определение учения основного богословия мы не найдем по той же причине, что мы, например, не найдем определения того, что такое философия.

Когда я читаю курс по западной философии, то первая лекция посвящена тому, чтобы ввести студентов в состояние некоторой растерянности. Обычно изучение любой дисциплины начинается с того, что ставится определение этой дисциплины. Физика – учение о природе, биология – учение о живых организмах, филология – учение о языке и т.д. Всегда есть четкое определение.

Когда мы пытаемся дать определение того, что такое философия, то приходим к выводу, что определения философии не существует. И даже дословный перевод термина философия как любовь к мудрости только лишь вводит в заблуждение, потому что определение любой дисциплины должно быть таким, чтобы это определение являлось именно определением, т.е. это выражение ставит некий предел, границу, отделяющую эти дисциплины от других. Биология потому отличается от филологии, что филология живыми организмами не занимается, а биолог не занимается языком. Есть четкая граница. А если мы говорим, что философия есть любовь к мудрости, то мы здесь границу не проводим, потому что мудрость любят все: и биологи, и филологи, и историки, и физики. Это не определение, это красивые слова.

А если мы посмотрим на определение, которое мы также можем найти, на классическое определение: философия есть наука о наиболее общих законах развития бытия, общества и мышления, то это тоже не определение, потому что определение должно отвечать различным свойствам, главным из которых является общезначимость. С определением должны соглашаться все. С таким определением согласятся марксисты, а экзистенциалисты совершенно не согласятся. Скажут: какие законы, о какой природе? Никаких законов не существует. Философия занимается человеком. С целью привести студентов в замешательство, я говорю: «Я не знаю, что такое философия. И мы с вами в течение года будем изучать - то, не знаю что». Это я сказал, чтобы проиллюстрировать ситуацию, которая складывается с основным богословием.

Поскольку основное богословие включает в себя философские вопросы, то вопрос с определением основного богословия наталкивается на те же проблемы, которые включает в себя вопрос с определением философии, но в еще более сложном варианте. Определение богословия, определение учения о Боге – это вопрос еще более сложный. Мы с вами будем пытаться определить, что такое религия.

Найти определение предмета основного богословия мы не сможем, и, видимо, поэтому в учебниках по основному богословию этот вопрос обходится. Чаще всего, вместо определения называется только предмет, т.е. те вопросы, те понятия, которые изучаются в этой дисциплине. Это, прежде всего, – бытие Бога, действительность сверхчувственного мира, бессмертие человеческой души или всего человека, как в частности, в христианстве. Действительность этих истин такова, что эти истины действительны для любой религии. Или, скажем, истины, действительные только лишь для христианства, т.е. такие положения как Божественное происхождение Христа, богочеловечество Иисуса Христа, Откровение, при помощи которого люди получили Священное Писание, догмат о воплощении и историчности евангельских событий, вопросы о Церкви – так называемая экклезиология и т.д.

Обычно перечисляются вопросы, которые составляют предмет основного богословия. Но это опять же не выход из положения, потому что этими вопросами занимаются и многие другие богословские дисциплины. Скажем, история Церкви занимается экклезиологией, реальностью Боговоплощения; догматика говорит о бытии Бога и о бессмертии души, т.е. предмет оказывается не уникальным. Складывается ситуация такая же, как с философией. То, что философия существует, никого не удивляет, и никто с этим не спорит. Как говорил Кант: «Философия как природная склонность – это факт». Но существует ли философия как наука? Со времен Канта прошло уже двести лет. Человечество, не все, правда, но в большинстве своем успокоилось, что философия как наука существовать не может, правда, существует как природная склонность.

Но как быть с основным богословием? Наука это, природная склонность, мировоззрение, которое может отличаться у одного человека от другого? Здесь вопрос гораздо более важный, чем вопрос с философией, хотя вопрос с философией также сложен и необходим. Что человечество должно делать, когда в голове некоторых отдельно взятых людей появляется убежденность, что философия - это наука? Это может быть очень страшно. Получается то, что на основании этой науки можно переустраивать мир. И некто говорит: «Ошибка всех философов состояла в том, что они объясняли мир. Наша задача состоит в том, чтобы изменить его». Это известная фраза Карла Маркса. Что получается из такой ошибочной убежденности, мы с вами на исходе ХХ века прекрасно знаем.

Опасность богословская несколько иная. Это опасность апологетическая, опасность того, что мы можем не защитить христианство. Эта опасность остро осознается христианином как опасность своего собственного спасения, опасность истинности своей собственной веры, опасность в успешности миссии, заповеданной нам Иисусом Христом, который сказал апостолам: «Идите и научите все народы, крестя их во имя Отца и Сына, и Святаго Духа». Эта опасность здесь тоже есть в неправильном определении, в неправильном понимании. Но здесь иная опасность – вероучительная.

До революции были изданы различные учебники, которые являлись курсами лекций Московской, Санкт-Петербургской и Киевской Духовных Академий. Это книги очень хорошие. Скажем, учебник Рождественского «Курс основного богословия». Вот этот учебник, быть может, один из самых лучших. Это учебник, по которому учились студенты Санкт-Петербургской Духовной Академии. Учебник Светлова – Московская Духовная Академия. Учебник Буткевича – Киевская Духовная Академия. Были хорошие учебники. Они пока не переизданы, но я думаю, что в скором времени они будут доступны и для современного читателя.

Из них наиболее талантливый православный апологет - Рождественский. Читая его книгу, я нашел замечательную фразу, которая оказалась созвучной моим собственным взглядам. Фраза Рождественского очень проста, и, как мне показалось, он сам был настолько убежден в ее очевидности, что даже не выделил ее. Она находится в глубине одного из абзацев. Она звучит так: «Основное богословие имеет своей задачей надлежащее уяснение истины, чтобы светлый образ ее представлялся в его целостном виде». В чем смысл этой фразы? Она настаивает на том, что существует только лишь одна истина. Это положение, как ни тривиально оно может показаться на первый взгляд, действительно является таким лишь на первый взгляд. Даже сейчас не так часто можно найти человека, который действительно убежден, что существует одна истина. В истории средневековой философии есть такой термин, как учение о двух истинах. Оно сводится к тому, что есть две истины – истина научная и истина религиозная. Истины эти не совпадают, даже противоречат одна другой, взаимно исключают друг друга. Но, тем не менее, они являются истинами.

Если наука говорит, что мир вечен, то это истина. Если религия говорит, что мир сотворен Богом, это тоже истина. Эти истины противоречат друг другу.

Но что делать? Делать нечего. Нужно знать обе эти истины. Если наука говорит о том, что человек смертен – это истина. Если религия говорит, что человек бессмертен, это тоже истина. Противоречат, делать нечего. Сейчас в ХХ веке это учение о двух истинах опять неявно всплывает, и многие люди живут так, как будто существует как минимум две истины. Эти люди могут по будним дням заниматься научной деятельностью в физических лабораториях. По субботним вечерам, воскресным утрам бывать на всенощной, литургии в храме, будучи православными верующими людьми. Не понимая часто, что на работе я физик, занимаюсь естественнонаучной истиной, поисками этой истины, а здесь я поклоняюсь Богу Иисусу Христу, который сказал о себе: Я есмь Путь, Истина и Жизнь. И это совсем разные истины. Истина Божия не сводится к истине Божественных законов. Два плюс два равняется четыре – истина. Но три равняется одному - это то, что мы имеем, когда говорим о единстве Пресвятой Троицы, и это тоже истина. Они противоречат друг другу, но что делать. Есть две истины.

Такой вот неявный подход. Логика современных людей. Одни люди, как я уже сказал, стремящиеся избежать противоречия, отдают предпочтение чему-либо одному. Отбрасывают религию, будучи атеистами, или, наоборот, науку, занимая позицию религиозного фундаментализма. Другие люди, понимая, что и то и другое истинно, остаются на позиции двух истин.

Но истина все же одна, как един Бог. Как един мир, сотворенный Богом. На истине, о том, что истина одна, основывается все христианское учение, основывается и вся наука. Ни один ученый не скажет, что истины физики противоречат истинам математики и истинам истории. Это одна и та же истина развивается в различных науках. Так вот, задача основного богословия как раз и состоит в том (еще раз цитирую Рождественского), «чтобы надлежаще уяснить истину, чтобы светлый образ ее сохранялся в целостном виде». Понимаете, когда мы говорим о естественных науках, то исходим из убеждения, что существует одна истина, и различные науки изучают ее различные аспекты – математические, физические, биологические, исторические и т.д.

В лучшем случае человек понимает, что религия – тоже истина. И тогда возникает такое представление, что существуют как бы различные области изучения и различные истины, скажем, наука, история, религия, которые являются истинными. Через запятую можно перечислить, что наука – истинна, история – истинна, религия – истинна. Но мы же видим, даже особенно не углубляясь, что положения религии противоречат научным положениям. Как быть с этими запятыми? С другой стороны, для верующего человека понятно, что религия не может быть названа через запятую с другими разделами человеческой культуры. Религия - это учение о Боге. Религия говорит, что такое Бог, как Он сотворил мир, как Он этим миром управляет в Своем Домостроительстве промыслительно. Вообще-то говоря, эта общая схема должна быть несколько иной. Вот религия, которая объемлет собою все, религия все это объемлет. В представленном списке слово «религия» может быть заменено другим словом, например, «искусство». Учение о Боге как о Творце и Промыслителе мира, а законы этого мира могут постигаться по-разному.

Получается противоречие. С одной стороны для современного человека религия - это одна из сфер человеческой деятельности. И мы с этим даже миримся. С этим мирится даже сама Церковь, которая понимает, что у нее ограниченные задачи. Скажем, сейчас современный мир говорит, что у религии есть своя задача – нравственная. В лучшем случае Церковь, священники должны заниматься нравственным воспитанием человечества. Священник должен быть в армии, чтобы там не было дедовщины. Если приглашают священника в школу, то это делается для того, чтобы дети себя хорошо вели на уроках, но не более того. Так же как дети ходят в музей для того, чтобы повышать свой эстетический уровень, а не для того, чтобы стать художниками все поголовно. Всему есть свои задачи.

С таким отношением к религии невозможно согласиться, будучи верующим человеком. Такое отношение к религии, как к резервации, может быть лишь с позиции атеизма, который считает религию некоторым этнографическим заповедником наряду с другими областями. Художник или писатель, или композитор понимает, что его область деятельности не охватывает все. Физика не нужно заставлять изучать музыкальную грамоту. Но религия это другое. Верующим человек может и должен быть и физик, и художник, и историк, и безработный, и кто угодно. Именно потому, что религия объемлет собой все.

Поэтому получается такое противоречие. С одной стороны, религия выступает как часть культурной деятельности человека, с другой стороны, религия выступает как знание, которое объемлет собой все остальные знания. И мне показалось, что в этом как раз и состоит смысл и задача основного богословия – показать единство истины. Показать, что действительно религия объемлет собою все виды знания, в том числе и богословие. Мы вполне можем поставить в список и богословие, как конкретное учение - нравственное богословие, догматическое богословие, литургическое богословие. Богословие как наука. Это вполне можно понимать именно как некоторое знание, которое подчиняется законам научного систематического построения.

Такое разделение, такая ситуация, когда религия ставится на одну доску с другими областями человеческого знания, возникает, по моему убеждению, из-за исходной, для нас с вами падшей природы. В первоначальном своем виде до грехопадения человек воспринимал мир целостно, и такого разделения на различные вероучения не могло существовать. Учение о религии, учение о Боге, которое воспринимается как некая резервация, как некоторый этнографический заповедник, наряду с другими областями человеческого знания, возникает именно в силу поврежденного человеческого разума - того, чего в принципе быть не должно. Но, увы, не в силах человек отменить эту поврежденность человеческого разума. Отменил ее лишь наш Спаситель Господь Иисус Христос, победив смерть на Кресте. Но это вопрос, не относящийся к научному познанию. Мы не боги, хотя и сказано, что мы образ и подобие Божие и несем в себе возможность обожения. В этом и состоит задача человека. Но, увы, природа наша несет на себе печать первородного греха. И это тот факт, говоря христианским языком, тот догмат, в непогрешимость и истинность которого вы обязаны верить.

И это положение действительно подтверждается той самой дисгармонией, той картиной, которую я вам предложил. Ведь действительно неразумно осознавать истинность религии, ставя ее через запятую с другими областями. Это просто нелогично. Если ставить религию наряду с другими областями, то только как культурное этнографическое наследие. Хотя, как правильно сказал в одной из своих статей о. Андрей Кураев: «О наследии можно говорить лишь тогда, когда речь идет о покойнике. Человек умер и оставил завещание. Мы себя покойниками не считаем, поэтому никому мы наследие свое еще не заповедали».

Так вот как раз задача основного богословия состоит в том, чтобы восстановить истинную картину – отсутствие противоречий между различными областями человеческого знания; показать, что все эти области человеческого знания входят в одну большую картину, которая называется религией. Это тот идеал, к которому должна стремиться христианская религия, это тот идеал, к которому стремится основное богословие. Вот конкретные апологетические задачи.

Те задачи, которые я перечислил в первой лекции, показывают, что наука с ее убежденностью в существовании законов мира, не противоречит чудесам, описанным в Писании. Сейчас показывают, что учение о сотворении мира не противоречит истинности геологии и биологии и т.д. Есть конкретные апологетические задачи, которые вписываются в общую картину основного богословия. Поэтому понятен и тот термин основного богословия – показывает основу, основу всего и вся: всех остальных наук, в том числе и богословия, которое может рассматриваться как некоторая наука в ряду других наук; показывает его культурные и сверхъестественные основы. Вот, надеюсь, я ясно донес до вас ту задачу, которая стоит перед специалистом и преподавателем по основному богословию. Но главное, на чем мы основываемся всегда, – на учении об одной и единой истине. Можно говорить в лучшем случае, используя схоластический язык, об учении о двойственной истине. Не о двух истинах, а о двойственной истине. Это учение, которое разделялось Галилео Галилеем, Михаилом Васильевичем Ломоносовым. Его основной принцип заключается в том, что есть различные пути к истине: есть путь естественнонаучный, есть путь религиозный. Нельзя с физическим инструментарием идти в храм Божий. И, наоборот, бессмысленно заниматься физическим экспериментированием, используя тот же метод, который мы используем в литургии. Всему свое место. Есть разные пути к одной истине, но истина одна. К этому мы можем добавить, что может быть не два пути, а много путей. Есть путь философский, есть путь искусства и т.д. Но как понимать это раздвоение истины, ее размножение на, казалось бы, противоречащие друг другу истины? Если можно употребить такую геометрическую метафору, то, скорее всего, надо говорить не о различных истинах, а о проекциях единой истины, которая превосходит человеческий разум. Нашим поврежденным первородным грехом разумом, который раздробился на различные осколки, мы воспринимаем ее как некую проекцию. Поэтому нам кажется, что ее проекции противоречат друг другу. Но если истина превосходит разум, это не значит, что истина противоречит разуму. О различии этих двух терминов – превосхождении разума и противоречии, превосходстве и противоречии говорил еще Лейбниц.

Сущность религии

Когда мы говорим о сущности религии, то по самому понятию этих связанных слов, мы должны абстрагироваться от отличий, которые существуют между различными религиями. Здесь, казалось бы, можно меня упрекнуть в измене истине христианства. Любой христианин понимает, что христианство коренным образом отличается от других религий. Можно увидеть в попытке найти некоторую сущность религии экуменистическую позицию, т.е. попытку свести все религии к общей единой составляющей - то, к чему и стремятся сторонники объединения всех религий, т.е. сторонники экуменизма. Я совершенно не являюсь сторонником экуменизма, разве лишь в плане, как было принято говорить во времена моей молодости, мирного сосуществования, что не исключало, как нас учили на занятиях по марксизму-ленинизму, учения о классовой борьбе. Так же и здесь. Мирное сосуществование христианства, мусульманства, буддизма, иудаизма не исключает борьбу между этими религиями, но борьбу теоретическую. Спорь, но спорь концептуально, а не при помощи оружия, как это любят делать последователи некоторых нехристианских религий.

Так вот, не будучи, слава Богу, экуменистом, я, тем не менее, настаиваю на том, что существует нечто существенное и сущностное для всех религий, что объединяет их. И даже более того, я убежден, что отказ от такого утверждения вреден и для самого христианства. Почему? Да потому, что атеизм в любой форме, в какой бы он не существовал, базируется на том, что религия выдумана людьми. Это или обман, или безобразное заблуждение. Но в любом случае религия возникает на определенном этапе существования человечества.

Если мы будем говорить о том, что религией является только лишь христианство, а ни для кого не является секретом, что христианство возникает только лишь с пришествием в мир Господа Иисуса Христа, то остается признать, что до первого века человечество было безрелигиозным, т.е. тогда христиане соглашаются с доводом атеистов, что человечество было безрелигиозным. Здесь конечно, можно было бы возразить, что истинное учение о Боге сохраняли ветхозаветные иудеи. Но для христиан истина Ветхого Завета всегда воспринимается сквозь призму Нового Завета. Поэтому, если уж говорить в целостном понимании, то религия ветхозаветных иудеев не была истинной, если воспринимать ее в отрыве от учения о предстоящем вочеловечивании Бога. Что из этого получается, мы видим на примере современного иудаизма, т.е. тех последователей учения Ветхого Завета, которые отрицают богочеловечество Иисуса Христа и до сих пор еще ждут пришествия в наш мир Мессии. Так вот получается, если мы отказываем в некотором сущностном единстве всех религий.

Оказывается, что действительно человечество в своем ослеплении было безрелигиозным, и религия возникает только лишь на определенном этапе своего развития. А отсюда вполне логичен и вывод – вполне возможна и отмена религии. Если человечество было безрелигиозным, то оно вполне может без религии существовать. Это нормальное существование, может быть даже в чем-то лучшее. Как многие считают, скажем, эпоху классической Греции идеалом человеческой культуры, к чему надо стремиться как к человеческой гармонии. Вполне была гармония достижима без религии. Значит, можно жить без религии. Можно жить без христианства. Вывод чрезвычайно печальный и совершенно, разумеется, ошибочный.

Значит, учение о некотором общем для всех религий начале не противоречит и убежденности христианина в истинности своей религии. Это очевидно так же и потому, что любая религия всегда основывается на некоторых общих понятиях: на убежденности в существовании кроме нашего материального мира и различных других некоторых сил - Бога или различных богов.

Но прежде чем перейти к вопросу о сущности религии, давайте познакомимся поближе со словом религия. Что такое религия? Изучение науки начинают с термина, которым обозначают эту науку. Я не случайно начал свою лекцию с вопроса о философии, говоря, что само слово философия ничего не обозначает (красивая фраза, не более того), но вводит в заблуждение человека. Так же и слово религия, как выясняется, частью поясняет, а частью запутывает. Религия – слово латинское, и оно переходит в своем латинском первоначальном варианте во все языки. Во всех славянских языках нет никакой замены этому слову.

Казалось бы, древние римляне должны были прекрасно знать, что такое религия, но мы читаем латинских авторов и видим, что они сами спорят друг с другом о том, что же обозначает слово религия. Гипотезы эти сводятся к следующим вариантам. Скажем, Цицерон изложил точку зрения, которая была принята в древнем Риме. Он предлагает считать, что слово религия происходит от слова relegere, что переводится с латыни как «перечитывать, тщательно обдумывать, откладывать в сторону». Смысл этого слов состоит в том, что объекты религии, объекты культа отличаются от остальных мирских объектов тем, что к ним нужно относится несколько иначе, т.е. религиозные люди - это те, кто тщательно обдумывают все вопросы, которые относятся к богам и откладывают их в сторону. Есть вопросы мирские, а есть вопросы религиозные. Их нужно отложить в сторону. Не нужно путать одно с другим. Проиллюстрирую эту точку зрения примером. Иногда среди современных православных людей возникают споры о том, что, может быть, стоит перевести богослужение с церковнославянского языка на современный русский язык.

Среди людей не очень богословски подкованных слышал такой аргумент: как можно служить литургию на том же самом языке, на котором мы ругаемся на кухне, в магазине, толкаясь кошелками. Религиозный язык должен помогать нам отложить, как сказано в Писании, «всякое попечение». Забудьте обо всем мирском. Настройтесь только лишь на то, что сейчас начнется литургия верных. Церковно-славянский язык, как язык книжный, искусственно созданный для того, чтобы выражать Божественные истины, как раз и помогает отвлечься от всего мирского. Разделение мирского и религиозного аспектов, конечно, совершенно правильно отмечено Цицероном. Итак, перед нами одно из мнений, мнение Цицерона, которое хотя и было наиболее распространенным в древнем Риме, не являлось общезначимым.

Была еще другая точка зрения – точка зрения блаженного Августина, который считал, что слово «религия» происходит от латинского слова reeligere. В августиновском смысле слово «религия» означает «воссоединять». Таким образом, религия призвана воссоединить утраченную связь человека и Бога. Когда-то эта связь была нормальной. До состояния поврежденности первородным грехом Адам и Ева жили в раю и могли общаться с Богом, разговаривать с ним. Тогда связь между людьми и Богом была естественной. Затем эта связь в результате того, что произошло после вкушения плода с древа познания добра и зла, оказалась нарушенной. Задача религии – восстановить эту утраченную связь. Такова точка зрения блаженного Августина.

Другой церковный писатель, в отличие от блаженного Августина не причисленный к лику святых, Лактанций, предложил еще один вариант – считать слово религия от слова religare – соединять, связывать. Точка зрения Лактанция в современном христианстве считается наиболее распространенной.

Религия - это учение о связи человека и Бога. Эта точка зрения получила признание уже в первые века существования христианства. Блаженный Иероним писал, соглашаясь с точкой зрения и Лактанция, и Августина: «Его-то (Бога), ища и вновь отыскивая, от чего, кажется, получила название и религия, мы стремимся к Нему вновь, чтобы, когда достигнем, нам успокоиться», т.е. найти Бога и вновь связать, воссоединить утраченную связь Бога и человека.

Понятно, что точки зрения Лактанция и Августина существенно отличаются. Есть стандартный богословский вопрос: а была ли религия до грехопадения? С точки зрения Августина, религии до грехопадения не было - была естественная связь человека и Бога. Она-то и была утрачена. А с точки зрения Лактанция, религия была, была связь, была истинная религия, а сейчас мы только лишь восстанавливаем. Т.о. точки зрения Лактанция и Августина оказываются диаметрально противоположными.

Есть еще одна позиция, еще один вариант, гораздо менее распространенный, но его тоже нужно знать. Римский писатель Сульпиций Сервий предположил, что слово религия происходит от латинского слова, значащего «обходить молчанием», т.е. религия настраивает верующего человека на то, чтобы он обходил молчанием все, что относится к миру Божественному. Не сводить Божественный мир до житейского уровня. В XIX веке усилиями филологов появилась еще одна версия, которая основывалась на том, что, видимо, неслучайно древнеримские писатели сами не знали происхождения слова религия. По всей видимости, к тому времени, а Цицерон жил незадолго до пришествия в мир Иисуса Христа, слово религия уже ушло из обихода. Значит нужно искать это слово в древних латинских текстах. И это слово было найдено. Такие филологические поиски привели к появлению слова ligere – «благочестиво относиться», т.е. испытывать благочестие. Возвратная частица re- означает возврат к благочестию, т.е. возврат - это постоянное, вновь и вновь повторяемое, паки и паки, выражение этого чувства благочестивого отношения к предмету религиозного чувства человека.

Но, так или иначе, сколько бы мы не излагали концепций, мы видим, что религия как факт гораздо старше самого слова, которое обозначает это явление. Это, по крайней мере, заставляет нас сделать вывод, что религия существует гораздо дольше, чем существует культурное человечество с его языком. Это еще не повод считать, что религия существовала всегда, но, тем не менее, уже достаточно серьезная заявка на именно такое положение.

Что же такое религия, если мы не можем определить ее при помощи слова? Хотя как мы видим уже, нам слово помогает. Подход Лактанция: религия есть связь человека и Бога, то, что наиболее часто понимается в современном богословии. Это достаточно хорошо объясняет значения слова религия. Связь человека с Богом - это понятно, и выражает главную сущностную черту. Но, тем не менее, прежде чем начать заниматься исследованием религии, нужно дать определение. И что получается? Опять же так, как и с философией. Мы знаем, что существуют различные философские учения и что единого определения философии не существует.

А может быть существует единое определение религии? Но можно догадаться сразу, что единого определения религии также не существует. Если мы откроем философский энциклопедический словарь, изданный еще в советские времена, то мы найдем там классическое определение Ф.Энгельса, которое гласит: «Религия есть фантастическое отражение в головах людей тех внешних сил, которые господствуют над ними в их повседневной жизни, отражение, в котором земные силы принимают форму неземных». Даже будучи атеистом, с таким определением соглашаться нельзя, потому что любое определение должно всегда основываться на понятиях, которые, во-первых, понятны всем, а во-вторых, принимаются всеми. В этом определении, во-первых, присутствует убеждение, что религия есть фантастическое отражение, что соответственно неприемлемо для людей религиозных. Такое определение религии, таким образом, не является определением для людей верующих, что не может быть приемлемо по законам самого определения, не может существовать. Во-вторых, в это определение включены положения марксистско-ленинской философии: религия есть фантастическое отражение, т.е. учение об отражении как марксистско-ленинской теории познания, гносеологии. Учение об отражении так же не является общезначимым положением для всех философов. В-третьих, это определение включает в себя положения, которые не являются ясными и очевидными, что также не может быть определением. Скажем, что такое внешние земные силы, что такое внеземные. Верующему человеку понятно, что такое внеземные силы, а атеисту непонятно. И почему это земные силы принимают форму неземных?

В лучшем случае, мы должны, будучи строгими и последовательными, это выражение Энгельса скорее назвать теоремой, пользуясь математическим языком, чем определением, т.е. это положение, которое нужно доказать: что религия не существует, что религия есть фантастическое отражение в головах людей, что земные силы принимают форму неземных и т.д. Но критериям определения это выражение не удовлетворяет.

В различных энциклопедиях – российских и зарубежных, советских и дореволюционных - я нашел различные определения, которые во многом друг с другом не соглашаются. Есть определение немецкого философа XIX века Шлейермахера (автора многих достаточно интересных книг по религиозному восприятию мира), который пишет, что религия есть чувство абсолютной зависимости. Ну, тоже определение достаточно афористическое, совершенно не выделяющее сущностный момент религии, поскольку чувство абсолютной зависимости испытывает человек не только верующий. Скажем, материалист понимает, что он абсолютно зависим от законов материального мира. Вот это чувство абсолютной зависимости не принимает характер религиозного чувства и не устраивает поклонения законам природы.

Есть определение Тэйлора: религия есть вера в духовные существа. Такое слишком общее определение, которое тоже нельзя назвать истинным. Почему? Возникает вопрос: что такое духовные существа? Во-первых, это слишком общее понятие. Нельзя сказать, что человек, сплевывающий три раза через левое плечо, как бы скидывающий с себя невидимого беса, или поворачивающий обратно, увидев проходящую перед ним черную кошку, религиозен. Это скорее человек суеверный, но не религиозный. Т.е. можно верить в духовные существа, не будучи человеком религиозным. Религия это нечто иное.

Возьмем определения религии менее афористичные, которые присутствуют в различных энциклопедических изданиях, т.е. что называется современные академичные научные определения. Определение, данное в американской энциклопедии, гласит, что религия есть вера человека в силу, находящуюся вне его, посредством которой он пытается удовлетворить эмоциональные потребности и достичь стабильности жизни, и которую он выражает в культовых действиях и службах. Или другое определение, советского религиоведа Гараджи: религия есть мировоззрение и мироощущение, а также соответствующее поведение и специфические действия; культ, который основывается на вере в существование одного или нескольких богов, священного, т.е. той или иной разновидности сверхъестественного. Священное здесь соединяется со сверхъестественным, т.е. здесь можно поспорить, так как не все сверхъестественное священно. Для православного человека силы диавольские это силы сверхъестественные, но отнюдь не священные. Поэтому здесь явно советский религиовед не учитывает специфику христианского учения.

Вспоминается фраза Козьмы Пруткова: нельзя объять необъятное. Так вот религиоведом быть сложно. Чтобы быть истинным религиоведом, нужно знать все: православие, все протестантство, весь католицизм, мусульманство, буддизм и т.д. Здесь сложно выделить общие моменты, и момент незнания всегда будет присутствовать в силу специфики самого предмета религиоведения.

Мне очень нравится определение, которое было дано князем Сергеем Трубецким. Определение, как мне кажется, очень краткое в отличие от определения Гараджи. Но несмотря на свою краткость, оно схватывает все сущностные элементы религии. Князь Сергей Трубецкой говорит: религия это организованное поклонение высшим силам. Всего лишь четыре слова. Но в этой фразе каждое из этих четырех слов несет в себе серьезный концептуальный смысл. Религия это организованное поклонение, т.е. это церковь. Любая религия предполагает некоторую церковь, т.е. организацию. Религия – это поклонение, т.е. культ. Религия невозможна без некоего культа, т.е. совокупности богослужебной практики. Это поклонение высшим, превосходящим человека силам, т.е. активным духовным началам. Вы видите всего лишь четыре слова, но каждое из четырех слов невозможно выбросить из этого определения. Это определение легко запомнить, его не нужно зазубривать как определение Гараджи, но оно включает все необходимые сущностные элементы для существования религии. Это вера в высшие силы, вера в то, что эти силы активны, в необходимость поклонения этим силам и необходимость создания организации, которая называется церковью.

Но почему же существуют различные противоречия в определении самого термина религия. Как мне кажется, это не случайно. Иначе, честно говоря, быть не может. Если мы примем точку зрения Лактанция, согласимся с тем, что религия это связь человека и Бога, то как можно определить неопределимое? Можно ли поставить предел бесконечному Богу? Поэтому дать определение – это всегда положить предел. Определение одного термина означает определение его границы от другого понятия. Дать определение религии в данном случае смыкается с тем же, как дать определение Бога. Невозможно определить беспредельное. Невозможно ограничить безграничное. Поэтому, скорее всего, религию можно лишь определить как явление, которое существует на некотором феноменологическом уровне, т.е. на уровне явлений, на уровне сущности. Религия неопределима, непостижима. Она скорее постигается сердцем, постигается верой, о чем мы с вами будем говорить позднее. Нельзя религию определить на человеческом языке. Связь человека и Бога нельзя сводить только лишь на уровень человеческих знаний. Это значит лишать религию ее божественного аспекта. Отсюда и все необходимые противоречия между различными определениями религии. Отсюда все неудачи добиться одного некоего определения.

Мы поняли, что говорить о религии лучше, не определяя ее, а просто называя некоторые основные объекты, предметы, которые свойственны для этой области человеческого знания. Можно найти некоторые аргументы, по которым религиозное мировоззрение отличается от нерелигиозного. И обычный подход в учебниках по основному богословию как раз основывается именно на том, что отличие религиозного мировоззрения от нерелигиозного ищется на основании конкретных примеров, конкретных элементов, которые определяются как сущностные для любого религиозного мировоззрения.

Что же это за элементы? Прежде всего, это вера в личного Бога или в личных богов. Любая религия включает в себя веру в личного Бога, т.е. учение, основывающееся на том, что Бог безличен, не является религиозным по самой своей сути. Почему? Как я говорил, многие современные люди согласны сделать такую уступку, на то, что существует некоторый дух, мировая душа, мировой разум, но не личный Бог. Религия всегда включает в себя не просто веру в наличие некоего мирового разума, мировой души - религия ищет связи с Богом, почитает Его, боится Его, ищет Его любви, боится Его гнева. Религия всегда воспринимает одного Бога, как бы Он ни назывался, или богов, какие бы имена в различных языческих учениях они не носили, но это всегда личные боги, которые, обладая другими своими качествами, обладают и свойством личности.

Как любая человеческая личность, Бог может любить, может гневаться, может поощрять, может наказывать. Отсюда и вытекают остальные свойства религиозного учения, т.е. человек ищет покровительства у этих божественных сил, ждет от них защиты, боится их наказания, благодарит за ту помощь, которую Бог ему дарует. Это отношения человека и Бога как отношения двух личностей: одной зависящей, другой ни от чего не зависящей. В любом случае религия подразумевает веру в личных богов. Эти боги могут быть совершенно разные, как скажем в римском и греческом пантеоне, боги могут совершать даже безнравственные поступки, могут кое-чего не знать, могут обладать пространственным невсеведением. Скажем, как начинается Илиада Гомера? Зевс не знал о событиях в Трое, о том, что там в это время происходило. Учение о Боге невсеведущем бессмысленно, но для языческой религии это нормально. Бог уехал в командировку, в это время в Трое какие-то события произошли. Бессмысленно, но главное, что личность Зевса сохраняется.

Такое учение как пантеизм в данном случае не являются религией. Один из самых известных пантеистов – Спиноза, великий голландский философ, он учил о Боге как о разуме. И Бог, и природа были для него одним и тем же, что является, в сущности, пантеизмом. Пантеизм, то есть все есть Бог. Природа - это Бог. Пантеистом спинозовского толка был Эйнштейн – великий современный физик, который считал себя человеком верующим. Но сказать, что он человек религиозный, в данном случае нельзя. Эта вера в бога, как сказал сам Эйнштейн, стала основой для создания им теории относительности, но эта вера не была основой для его нравственной жизни, основой для его хождения или не хождения в церковь и т.д. Т.е. это толчок для создания научной концепции, но не являющийся толчком для всей жизни человека. Религия же должна по своему интуитивному представлению пронизывать все человеческое естество, всю человеческую жизнь.

Как говорил великий французский ученый, философ, богослов Блез Паскаль, Бог - это Бог Авраама, Исаака и Иакова, а не Бог философов и ученых. Этот некий безличный разум, который нужен как некоторая гипотеза.

Наполеон спросил Лапласа: «Почему в вашей научной концепции нет ничего о Боге?» Лаплас ответил: «В этой гипотезе я не нуждаюсь». Действительно, для научной теории гипотезы о Боге не нужны. Но для жизни вера в Бога бывает необходима. И вера не в бога философов и ученых как в некий разум, а вера в Бога личного, вера в Бога открывшегося Аврааму, сказавшего ему, что от него произойдет целый народ, и его будет столько же, сколько песчинок на дне морском, и что этот народ будет верен Богу, и что этот народ спасется. Вот этот Бог Авраама, Исаака и Иакова, личный Бог, всегда является основным, главным элементом любого религиозного учения.

Сейчас очень модно стало говорить на языке научных теорий. Раньше говорили о некоем безличном мировом разуме. Сейчас, после создания компьютерных технологий, принято говорить о некоем информационном мире. Есть такая информация. Часто утверждают, что вера в этот информационный мир является как бы истинной верой, и то наивное учение о Боге, которое разрабатывалось христианской религией, в действительности на научном языке именуется верой в информационный мир. Но в действительности вера в информационный мир ничего нового в себе не имеет, потому что информация сама по себе ничего не говорит. Бог, в которого верит религиозный верующий человек, всегда имеет человека в качестве цели, которому нужно дать откровение.

Религия всегда существует в виде откровения сверхъестественного для человека. Человек не может только лишь силами своего разума познать Бога. Бог лично открывается человеку. А информация безлична, она постигается силами человеческого разума. Поэтому такая концепция веры в информационный мир, будучи нерелигиозной по своей сути, является одновременно и просто некой разновидностью научной гипотезы, не более того. Ничего религиозного здесь нет. Это другими словами выраженная вера человека в то, что он открывает некую истину, которую принято сейчас называть информацией.

Еще часто приводят пример буддизма как религии, в которой нет веры в личного Бога. Есть такая религия как буддизм, а личного Бога в ней нет. Поэтому, следовательно, учение о личном Боге не является необходимым элементом религии. Строго говоря, это возражение тоже является поверхностным. Буддизм – это очень сложное учение, в котором срослись исторический путь и историческое богословие. И первоначальный буддизм коренным образом отличается от современного буддизма. Современный буддизм от первоначального отличается как небо от земли. Первоначальное истинное учение Будды было атеистическим по самой своей сути. Будда свое учение направил против современной религии, против религии века, против брахманизма. И главное открытие состояло в том, что блаженства можно достичь путем отказа от своих желаний. Наши страдания есть следствие наших желаний. Отказываясь от желаний, мы сворачиваем с пути страдания. Вот краткая суть четырех благородных истин Будды. Все это чисто философское учение. Дальше идут, во-первых, книги, которые появились после Будды, дается онтологическая картина того, почему происходит избавление от страданий. Весь мир есть мелькание дхарм. Эти дхармы существуют в зависимости от человека. Желания человека приводят к тому, что эти дхармы начинают колебаться, и поэтому проявляется наш мир как некая иллюзия, как некоторая видимость. Отказываясь от желаний, человек приходит к тому, что дхармы перестают колебаться, приходят в состояние покоя, мир исчезает, наступает полный покой - то, что именуется нирваной. Опять-таки ничего религиозного здесь нет. Никаких богов, никакой надежды на спасение. Какая надежда, когда все зависит от меня? Если я не спасаюсь, если я страдаю, значит, я не отказался от всех своих желаний. Не более того. Значит, все зависит от меня. Никакая религия этого подтвердить не может. Все зависит от Бога – вот исходная позиция любой религии.

В дальнейшем отход от первоначального варианта буддизма показывает, что человек по своей сути религиозен, что любая попытка насильственно внедрить в него атеизм, заканчивается возрождением той же самой религии, только много веков спустя: великий учитель стал богом, его воспитанники стали бодхисаттвами, т.е. мелкими божками. Современный буддизм – это возрождение в виде мешанины, в виде каши язычества с элементами учения Будды.

Поэтому главный элемент религии – это вера в личного Бога или в личных богов, что показывает история буддизма. Без этого обойтись никак нельзя.

С этим связан и второй элемент религиозного мировоззрения – это вера в существование сверхчувственного мира. Бог или боги всегда должны быть сверхчувственными, т.е. не познаваться чувствами. Бога нельзя увидеть. Бог не может быть просто идолом, т.е. некой фигуркой, вытесанной из камня или из дерева. Даже этот идол, которому поклонялись язычники, будучи выше этой скульптуры, по сути своей был все же местом обитания бога, который по своей сущности обладал сверхчувственным существованием. Фигурки можно было разрушить. Но это не означает, что одновременно разрушался Бог. Ни один язычник с такой глупостью не мог согласиться. Древняя Греция знала множество статуй Аполлона, Афины или Зевса, но это не значит, что древние греки верили в нескольких Аполлонов или нескольких Зевсов.

Любая религия, даже самая примитивная языческая, всегда верит в сверхъестественный мир. Это нужно учитывать, потому что очень часто атеисты в своей полемике с религией выдумают сами для себя религию как можно в более примитивном и легком варианте. Потом эту же самую выдуманную религию с успехом критикуют. Знаменитая в 60-е годы фраза: не хочется верить, что человек настолько глуп. Действительно, человек настолько глуп. Одни настолько глупы, что эти фразы высказывают, а другие настолько глупы, чтобы в эти фразы верить. В журнале «Наука и религия» появилась статья под названием «Человек летал в космос, и Бога там не видел». Но как можно использовать такие аргументы в борьбе с религией, когда открой Библию и прочитай: Бога не видел никто никогда! За 2 тысячи лет до полета в космос это было ясно людям, которые совсем по-иному представляли учение о мироздании. Но учение о Боге было ясно мало-мальски образованному человеку. Бога нельзя увидеть. Даже Моисей, как известно, видел только лишь, как сказано, спину Бога. На языке богословском или философском – не видел сущность, не видел Бога самого по себе. Он видел лишь то, как Бог ему явился.

По-разному Бог может являться: то в виде несгораемого куста – неопалимой купины, то в виде спины, как во время откровения на горе Синай; то в виде трех ангелов, как Бог явился Аврааму под дубом - по-разному Бог может являться, но сущность Бога невидима. Это то, что я говорил о христианстве. Но если Бог обращается в человека, то мы видим и тело Иисуса Христа, истинное человеческое тело, но не Бога. Вот богочеловек, мы видим человека, Бога мы не видим. Бога мы познаем несколько иным, сверхчувственным познанием.

С этим связан следующий элемент любой религии – это откровение. В любой религии человек является не самым последним местом. Человек занимает верховное место в иерархии существ материального мира. И Бог, будучи личным существом, относится к человеку с высоты своей личности, а будучи сверхчувственным, знает, что знание о Боге человеку недоступно. Человек не может постичь знание о Боге сам. Поэтому необходимо откровение. Откровение по-разному описывается в разных религиях, но везде оно присутствует. Это Тора, Пятикнижие Моисея, в иудаизме. Это Ветхий и Новый Завет в христианстве. Это Коран в мусульманстве. Это сивилловы книги в древнеримской мифологии. Разные могут быть откровения, но это всегда сверхъестественное.

Приведу пример. На праздник римских царей пришла сивилла и предложила несколько книг, назначив за них баснословную цену. Царь ответил: «Слишком дорого, я их не куплю». Она половину книг сожгла и сказала: «Оставшиеся продаю за цену в 10 раз большую». Царь воскликнул: «Сумасшедшая!» Сивилла вновь половину книг сожгла и сказала, что оставшиеся продает за цену в 10 раз большую. И тогда царь понял, что эти книги священные и купил их. Т.о. появилась римская религия. Но в любом случае, каждая религия имеет такую легендарную историю. Это или откровение на горе Синай, или откровение пророку Мухаммеду в мусульманстве, или явление трех корзин в буддизме – Трипитаки. По-разному это может быть, но всегда откровение присутствует как необходимый элемент религиозного учения. То, что открывается, в данном случае неважно. Откровения могут быть разными. Но откровение всегда является необходимым элементом.

Конечно, в откровении всегда подчеркивается, что оно дается не первому попавшемуся человеку. Откровение всегда подразумевает встречный процесс человека и Бога. Бог ищет человека, человек ищет Бога, и они встречаются. Как замечательно было сказано в притче о пастухе и овцах в Евангелии, когда пастух может искать одну затерявшуюся овцу. Вот сравнение Бога с людьми. Мы как затерявшиеся овцы. Бог нас ищет. Не мы Его, а Он нас. Мы неразумные существа. Но это притча. Другая притча говорит о возвращении – это притча о блудном сыне. Сын, который блуждал и питался вместе со свиньями, возвращается к Отцу, т.е. подчеркивается обратный процесс: человек должен двигаться к Богу. Откровение всегда дается тогда, когда Бог видит, что человек действительно ищет истину.

Не случайно в христианстве откровение дается еврейскому народу, как самому религиозному, самому близкому к истине. В Ветхом Завете откровение дается Моисею как человеку, сохранившему наибольшее знание об истине. В мусульманстве оно дается пророку Мухаммеду как также наиболее близкому к познанию истины, а не первому попавшемуся встречному случайному. Откровение всегда подразумевает встречный процесс, активность человека, его поиск истинного Бога или даже богов, как в язычестве.

Откровение может содержать в себе различные моменты. В нем может быть учение о сотворении мира, а может это учение и отсутствовать. Но главное – должно присутствовать всегда учение о спасении человека, учение о том, что человеку нужно делать для того, чтобы обрести Царствие Божие, Царствие Небесное. Так возникает учение о нравственности. Нравственность всегда религиозна. Источник нравственности – это учение о Боге, откровение Бога человеку о том, как следует жить. Нравственно то, что соответствует воле Бога или богов. Безнравственно то, что противно воле богов. В любой религии нравственность постигается всегда именно таким образом. Христианство здесь не исключение. Грех понимается как противление воле Божией.

Понятие откровения о том, как следует жить, и понятие о нравственности выводят за собой учение о спасении и воздаянии. Учение о загробной жизни также необходимый элемент любой религии. Учение о загробной жизни соединяется с учением о сверхчувственном бытии. Человек, оказывается, живет не только для того, чтобы удовлетворять свои животные побуждения в настоящем мире, он живет для высшей цели. И неподчинение себя тем заповедям, которые даны в этом откровении, означает, что после смерти человек будет низвергнут в соответствующее место. Оно по-разному называется в разных религиях, но оно всегда присутствует. И, наоборот, праведники, построив всю свою жизнь согласно заповедям Божиим, берутся на Небо в Царство Небесное, где обретают бытие божественное, соответствующее истинной природе человека. Для того чтобы обрести это спасение, человек должен жить нравственно, а жить нравственно означает слушать Бога или богов, а слушать Бога означает одновременно веру в Его всемогущество, веру в Его бесконечную мудрость и бесконечную доброту, т.е. любовь. Следовательно, здесь возникает момент почитания Бога - то, что должно выражаться в культе. Если вера в бесконечную доброту Бога отсутствует, есть вера в его злую природу, которую можно замолить, чтобы Бог тебя не наказал. В любом случае Бог – это нравственное существо, которое может наказать человека, воздать ему по заслугам, которому также нужно воздавать соответствующее поклонение.

Отсюда возникает богослужение или культ, который принимает организованные формы. Образуется церковь. Вот еще один необходимый элемент любой религии – церковь, т.е. организация. Мы не берем смысла Церкви как тела Христова, как это понимается в христианстве. Мы поговорим о тех элементах, которые являются общими для всех религий. В каждой религии есть всегда элемент церкви. Иногда возникает борьба, либо возникает война в церкви. Возникает представление, что никакая церковь не нужна. Что церковь – это ошибка. В католицизме возникает протестантизм с его первоначальным тезисом, что каждый человек – священник. Нет, не нужно никаких священников, не нужно организации. Организация существует для того, чтобы брать взятки, которые называются индульгенциями, а священники существуют для того, чтобы обманывать людей, якобы являясь промежуточным звеном между человеком и Богом. Но человек – это образ и подобие Божие. Он должен общаться с Богом непосредственно. Так что все это не нужно. Истинная религия состоит в непосредственной связи каждого индивида и Бога. Вот лозунг, на котором возникает протестантизм – лютеранство, кальвинизм.

Что мы видим дальше? История показывает, что дальше возникают общины. А в этих общинах возникает необходимость, поскольку люди разные – кто-то умнее, кто-то глупее, кто-то работоспособнее, кто-то ленивее - возникает необходимость организовывать и обучать. Появляются пасторы в этих общинах. Нужно где-то собираться – возникают здания. Короче говоря, восстанавливается церковь. Даже есть иконы в некоторых протестантских церквах, только под очень разными видами. В некоторых конфессиях в стене вырубается дырка. Православные беспоповцы, называемые дырочниками, боролись с иконами. Но как-то Богу надо молиться. Вот и в стене прорубается дырка – такая связь между человеком и Богом. Вот на нее и молятся. Все равно понимают, что что-то нужно. Нужна организация, нужен священник и иконы - все нужно. Но у них это принимает абсурдные формы. Вместо иконы – дырка, вместо священника – пастор, вместо храма – молитвенный дом, вместо церкви – община, просто организация. Но все равно на правильном пути, потому что религии без этого не бывает. Это просто элементарный возврат человека к своей сущности. Это еще раз показывает, что человек – существо религиозное по своей природе. То, о чем будем говорить позднее, о возникновении религии. Т.е. религия не может возникнуть на определенном этапе. Религия есть сущностное свойство человека, т.е. нельзя говорить, что человек безрелигиозен, что он также безрелигиозен, как обезьяна, от которой он якобы произошел.

Возникновение религии

Учение о возникновении религии существует достаточно долго и главное, что мы должны сделать, - показать, что религия существовала всегда, хотя эта моя фраза смотрится несколько превратно. Я иногда буду отвлекаться, чтобы давать некоторые методологические указания, которыми я стараюсь пользоваться. Одним из таких указаний должно быть отсутствие желания, стремления выдавать желаемое за действительное. Никогда не нужно иметь в начале то, что доказывается, а потом доказывать. Это называется в школе, когда занимаются математикой или физикой, что мы подгоняем под ответ. Не важно, что мы там напишем, ответ мы уже знаем, а дальше мы можем писать все, что угодно. Обладая какими-то знаниями, мы можем показать это красиво, но истинным такое решение являться не будет. Кого-то мы сможем ввести в заблуждение, кто-то, может, не согласится, но это будет неправильно. Это будет грех против истины.

Если я убежден, что истина существует, то я должен действовать в соответствии с этим убеждением. Никогда нельзя обманывать даже во благо не только в большем, но и в малом. Попытки такого рода не могут привести человека к главной истине, пользуясь некоторыми второстепенными ложными посылками. Они заведомо обречены на провал, потому что на это человек должен согласиться. Скажем, он согласится потому, что ему надоест тебя выслушивать. Каждый день ты об этом зудишь, из месяца в месяц. Он согласится для того, чтобы от тебя избавиться. Можно согласится потому, что ты обладаешь авторитетом, знаниями, званиями. Но потом, когда человек освободится, останется один на один сам с собой, то увидит и поймет ошибочность твоих рассуждений, следовательно, и выводы также ошибочны. Поэтому истинная христианская апологетика никогда не должна прибегать к ошибочным догмам. Если на современном этапе твоих знаний этого доказать нельзя, тогда никогда не сможем сделать убедительным это доказательство. Нужно человеку сказать: «Я не знаю».

У меня первое образование, как я сказал, физическое, и для меня это имеет большой смысл. Я знаю, каким образом открывается истина. Истина не доказывается, а открывается. Человек в своих рассуждениях приходит к тому, что он когда-либо еще не знал. Вот именно такой способ рассуждения является истинным, а не наоборот: сначала ставится ответ, а потом ведем видимость каких-либо рассуждений для того, чтобы этот ответ обосновать. В физике и математике это проще. Там есть четкий способ, метод рассуждения, метод классических теорем, доказательств. В философии это гораздо сложнее, и этим пользуются нечистоплотные философы и богословы, богословы по образованию. А с другой стороны, пользуются нечистоплотные атеисты. Вместо того чтобы спорить с серьезным богословом, они берут легкомысленного писаку, опровергают его заведомо ошибочные положения и потом говорят: «Все они такие». На основании одного утверждения делается вывод о ложности всех остальных.

Поэтому своим студентам я всегда настойчиво внушаю одну очень важную мысль. Здесь есть студенты, которые относятся к религии как к объекту своих теоретических исследований. Но фраза эта должна быть краеугольной для любого православного богослова. Когда человек получает некоторое образование, то он несет некоторую ответственность за него. Представьте, человек получил медицинское образование, приходит в клинику, лечит больного, а потом говорит: «Вам лучше обратиться к врачу». Что говорит больной? Он не говорит, что медицина ложна, а говорит, что этот горе-врач плохо учился. Если человек плохо учился в техническом вузе, ему дают задачу сконструировать некий автомобиль, и он выпускает некого монстра, который ломается на первой яме, то не говорят, что наука ошибочна. Если же человек кое-как учился в богословском институте, и если к нему подходит человек в церкви или на улице с вопросом и не получает правильного ответа, то ситуация здесь коренным образом отличается от тех, которые я ранее описал. Выводы, которые делает человек, не получивший ответа на интересующие его вопросы, другой. Человек говорит: «Вот, я же говорил, что все они такие». Истинно такое положение, что каждый христианин отвечает за всю Церковь. Редко человек понимает, что, да, видимо, он плохой семинарист, он плохо учился в университете, он плохо учился в Духовной Академии. Приведу такой пример. Некий академик дает интервью. Его спросили: «Как вы относитесь к христианству?» И академик говорит: «Знаете, я зашел в церковь, спросил у бабушки то-то и то-то, и она мне не ответила». У меня уже просто нет слов! Для академика критерием знания о христианстве является бабушка! Я бы спросил: «В институте Вы тоже с гардеробщицей разговариваете?» Это делает любой человек, в том числе и академик. Это был настоящий академик, а не из числа академиков оккультных наук. Роль христианина в этом мире совершенно особая. Каждый человек отвечает за всю Церковь. Сейчас можно учиться за деньги. Хочешь - учишься, не хочешь – перестал. Но если ты человек действительно верующий, то должен понимать ту меру ответственности, которую берешь на себя. Как сказано в послании апостола Петра: «Всякий должен дать в любой момент отчет о своем уповании». Всякий и в любой момент: ректор Духовной Академии, и бабушка, торгующая свечами, и на экзамене, и в 4 часа ночи разбуди - всякий в любой момент.

Это слишком серьезно, это гораздо серьезнее, чем сделать операцию или изобрести новый двигатель. Операция продляет жизнь человеку на несколько лет. Ни один врач не скажет: «Я сделаю операцию, которая дала бы тебе бессмертие». Он понимает, что человек еще поживет несколько лет, 50-70 в лучшем случае. А здесь речь идет о бессмертии человека. Поэтому и мера ответственности у каждого православного христианина гораздо выше, тем более у того, кто получает духовное образование.

Итак, о возникновении религии. Существуют различные способы классифицировать различные концепции возникновения религии. Сейчас мы рассмотрим концепции нехристианские, нерелигиозные, которые основываются на том, что религия есть заблуждение. Эти концепции можно свести к двум основным планам. Первая группа включает концепции, которые утверждают, что человечество по своей сути является безрелигиозным, и религия возникает на определенном этапе развития. А поскольку человечество существовало и без религии, то религия возникает как некоторое заблуждение в силу тех или иных причин, и поскольку она является заблуждением, от него нужно избавляться, причем избавляться различными способами. Избавившись, мы вернемся к первоначальному безрелигиозному состоянию, которое является истинным, соответствующим истинной сущности человека. Это первая концепция. Вторая концепция утверждает, что человечество имело религию всегда. Но, тем не менее, религия является заблуждением, вытекающим из некоторых сущностных моментов человеческой природы. Опять же религия как заблуждение, основывающееся на том, что человек не понимает свою сущность, и потом, по мере развития различных наук и философии, приходит такой момент, когда оно постигает свою сущность и понимает, что оно неправильно трактовало – трактовало религиозно, а нужно трактовать иначе. Вот такие две концепции.

В них включается различное количество мыслителей. В первую группу входят критики религии, которые считают, что человечество по своей сути безрелигиозно. Наиболее популярная, наиболее простая концепция сводится к тому, что религия возникает вследствие обмана. Религия есть выдумка жрецов. К такой формулировке можно коротко свести суть концепции. Эта концепция существовала издавна. Это, может быть, одна из наиболее древних концепций. Скажем Секст Эмпирик – античный философ (это период поздней античности), живший во втором веке после Р.Х., упоминал уже о таких критиках. Основывается эта критика на том, что всегда появляется некий правитель, некий царь, который понимает, что главное в обществе – это порядок. Нужно прибегнуть к различным способам достижения порядка. Прибегают к различным методам: армия, полиция, выражаясь на современном языке, но любой преступник надеется, что никакая полиция за ним не усмотрит, никакой прокурор его не настигнет. Поэтому умный царь понимает, что никакими земными силами здесь не обойдешься. Нужно внушить людям, что есть некое существо или существа, которые являются невидимыми, вездесущими, всезнающими, всесильными. Он или они все знают, от них никогда и нигде не скроешься, они могут всегда настигнуть человека, если он преступает закон. И, естественно, его накажут: не сейчас, так потом. Такие истоки этой концепции, которые сейчас, опять же, вольно или невольно, принимаются мыслителями.

Я говорил, что в современном обществе религии порой уделяется нравственная роль, что Православная Церковь должна отвечать за нравственность. Вот как раз имеется в виду этот аспект. Мы понимаем, что наша милиция, наша армия, наша прокуратура продажны и ничего сделать не могут. Но Церковь должна что-то сделать. Мы готовы пустить священников в армию, школы, лишь бы нас не трогали. Так я цинично утрирую. Я думаю, что я все-таки не слишком утрирую, т.к. к этому сводится суть современного отношения к Православной Церкви. И суть этой концепции о заблуждении заключается в том, что религия возникает как обман определенных людей. Эта концепция исходит из той позиции, что человечество безрелигиозно.

Возьмем, к примеру, работы Маркса и Энгельса, основателей марксизма и ленинизма. Энгельс писал в своей работе «Происхождение семьи, частной собственности и государства», что человечество первоначально было безрелигиозно. Однако пока что наука не столь совершенна, чтобы открыть эти безрелигиозные истоки, но впоследствии археологические раскопки покажут, что первоначальный человек все-таки не был религиозен. Прошло больше ста лет, но какие бы захоронения не находили, они были выполнены с соблюдением религиозных обрядов, т.е. пока что теория сторонников безрелигиозного существования человечества на первоначальном этапе научно, археологически, не подкреплена. По современным научным данным человечество существовало на религиозном уровне.

С другой стороны, представим себе, каким образом реализуется эта концепция обмана. Давайте смоделируем ситуацию, проведем мысленный эксперимент. Вот мы с вами жрецы, хитрые и умные правители. Нам нужно все сделать, чтобы оболванить наших подданных. Нет телевидения, нет газет, нет ничего. Общество первобытное. Есть различные племена. Я, конечно умный египетский царь, но не подозреваю вообще, что есть народы в Китае, в Америке, а в Америке вообще ничего не знают о Китае. Во-первых, я должен сам себя убедить, чтобы вызвать своих советников и сказать: так-то и так-то. И я скажу им: «Это обман, это заговор». Они скажут это своим женам, детям: «Нам на ушко сказали, что это хитрый заговор». В результате все узнают, что это обман. Я должен убедить своих министров. Я должен разработать богословие. Я должен быть гениален, но даже мое имя забыли, что очень странно, поскольку история обычно знает имена гениев, а тут гений, разработавший богословие, создавший религию, остался неизвестным. Так не бывает. Но, допустим, забыли. Посмотрим, что происходит дальше. Невозможно в древнем обществе создать такую разветвленную сеть убежденных людей, которые будут доказывать, что есть такой бог. Люди ничего не знали о богах. Но приходит некий проповедник и говорит:

-Ты знаешь, есть некий Аполлон, есть Зевс-громовержец, он тебя накажет.

-Какой громовержец?! У меня дела и поважнее есть. Засуха сейчас, поливать надо.

Поэтому невозможно представить, что человечество поверит таким вот обманщикам. Но даже если представить себе (опять третье допущение нужно делать), что собрались опять-таки гениальные проповедники и гениальные слушатели, которые очень быстро в себя все это впитали. Представьте опять - это в большинстве своем безграмотное общество: крестьяне, солдаты и прочие. Однако, несмотря на отсутствие образования, все гениальные, умные, способные ученики - все впитали. Мы представили себе такой эксперимент над Римом. А греки за морем, индейцы за океаном? И там должна быть религия, и там много таких обманщиков. Эпоха Возрождения называет трех великих обманщиков: Моисей, Христос, Магомет. Но должно быть не трое таких обманщиков. Задолго до Моисея религия существовала, и там должны были быть обманщики. Но слишком наивная такая концепция. Она легко воспринимается некритически.

Поэтому возникает другая концепция, которая также появляется в Древнем Риме. Суть этой концепции: религия возникает вследствие страха: перед природой, перед богами. У известного древнего философа, эпикурейца, вольнодумца, атеиста Тита Лукреция Кара «первых богов создал страх». Как правило, на эту концепцию накладывается предыдущая. Люди боятся, поэтому придумали богов, потом появляются хитрые обманщики, которые используют страх в своих интересах. Так возникают новые религии. Но что значит страх перед природой? Человек боится проявлений природы: грозы, грома, землетрясения, наводнения, вулканов, хищных зверей. Поэтому человек придумывает себе как бы сверхъестественные силы, которые этими природными силами управляют, и думает, что, боясь этих сил, я могу управлять природными стихиями. Конечно, я не настолько всемогущ, чтобы заткнуть вулкан, прекратить землетрясение, но я настолько всемогущ, чтобы познать волю бога Гефеста, который может этот вулкан задуть; познать волю Посейдона, чтобы он прекратил шторм на море. Конечно, в этом есть некоторая доля истины, но такая версия тоже должна заслуживать проверки.

Сейчас живем в современном обществе. Мы не боимся землетрясений, даже если живем в сейсмоопасной зоне. Мы не боимся грома и молнии, потому что мы знаем, что можно сделать громоотвод. А вот говорим, что древние люди боялись. Есть этнографические записки исследователей, которые ходили к современным диким племенам в попытке найти подтверждение каким-либо концепциям. Они беседовали с современными папуасами или неграми в Африке, или индейцами в дебрях Амазонки, которые остались в такой дикой форме развития. Эти этнографы с удивлением обнаруживают, что никакого страха у них нет. Они ничего не боятся. Люди в джунглях у себя дома. Чего им там бояться? Представьте себе, мы дома сидим у телевизора. Чего нам бояться? Конечно, телевизор может взорваться, сосед сверху может залить, снизу могут поджечь. Но мы об этом не думаем. Страх, конечно, должен присутствовать. Страх - это индикатор, если человек живет в своей атмосфере. Но если дикаря перевести сейчас в современный город, ему станет страшно. Огнедышащие чудовища на колесах ездят. Непонятные существа, говорящие в коробках. Страшно! А в том мире он чувствует себя дома. Чего ему бояться? Такая концепция не учитывает всех особенностей бытия человека. Человек, если бы он боялся, иначе бы реагировал. Когда человек придумывает себе богов, то делает это не из страха. Это скорее некоторый философский поиск, доступный как истинный философский поиск только лишь некоторым отдельным людям, но не каждому человеку. А если мы говорим о религиозности людей, то мы говорим о религиозности всех людей. Не нужно об этом забывать.

Здесь я скажу то, от чего я вас предостерегал на прошлой лекции, а именно: здесь я покажу во всех своих лекциях (вчерашних, сегодняшних и последующих) то, что истинно научный подход, истинно разумный подход подводит нас к вере в Пресвятую Троицу, в Иисуса Христа. Все атеистические выводы – это подгонка под ответ. Ни один атеистический вывод не может быть строго разумным. Всегда мы можем увидеть чисто логическую ошибку, подмену понятий, как это мы видели в тех концепциях, с которыми мы с вами знакомились.

И еще несколько слов о страхе как о причине возникновения религии. Как известно, английский ученый-биолог Чарльз Дарвин также разделял эту концепцию. И он, будучи сторонником традиционной теории эволюции, считал, что человеческий страх сродни страху животному, и поскольку именно страх создает богов, то, следовательно, некоторые зачатки религиозного чувства должны быть и у животных. Такая логика вполне правильная, и Дарвин рассуждал вполне логично и разумно, подводя под такие выводы. Но такая логика, можно сказать, сыграла злую шутку с самим основателем эволюционной теории, поскольку очевидно, что религия существует только у человека. Да, Дарвин говорил, что физиологический страх проявляется у животного и у человека одинаково, т.е. появляются некоторые нервные импульсы, начинают дрожать мышцы и другие физиологические реакции имеются. Но физиологические реакции могут быть исходные, а выводы, которые отсюда вытекают, тем не менее, совершенно отличные.

Да, Дарвин, правильно указывает на то, что животное, например собака, совсем иначе относится к своему хозяину, чем к другим людям. Она встречает хозяина, которого давно не видела, не просто радостно, а как бы с обожанием, выделяя его из всего остального мира. Но ни одна собака, ни одно высокоорганизованное существо никогда с таким же обожанием не относится к вымышленному объекту. Ни один собаковед не скажет, что собака уединяется в своей конуре для того, чтобы помолиться некоторому существу, которое она из-за страха перед палкой выдумала себе. Очевидно, что этого не может быть ни у низшего, ни у высшего животного. Но страх действительно существует у всех животных. Поэтому страх страху рознь. Одно дело - чисто физиологическая реакция у животных, а другое дело - оценка этой ситуации человеком. Человек – это существо разумное, и говорить о родстве человека с животными совершенно нельзя.

Еще одна концепция, которую мы должны рассмотреть, является наиболее популярной в ХХ в. особенно в нашей стране – концепция марксистская, согласно которой религии так же возникают на некотором этапе. И марксистская концепция превосходит названные мною концепции, в том числе и некоторые другие, тем, что она включает их в себя как необходимые элементы. Марксистская теория научного атеизма утверждает, что и страх действительно является тем элементом, что привел к возникновению религии, и обман, безусловно, также присутствовал, но всего этого недостаточно.

Прежде всего, марксизм упирает на классовые формы возникновения религии. Религии возникают только лишь в обществе тогда, когда возникают классы – класс эксплуатируемых и класс эксплуататоров. До этого религия не имеет истинных классовых корней. Были корни, конечно же, другие: психологические, гносеологические. Но эти корни должны были реализоваться только лишь с появлением классов, именно с появлением эксплуатации человека человеком. У эксплуатируемых возникает ситуация безысходности, и в силу неразвитости общественных отношений, в силу забитости эксплуатируемых они не могут осознать истинных причин своего бедственного состояния. И тогда они обожествляют эти силы, которые над ними довлеют. Народ создает сам себе утешение, как сказал Маркс, опиум. Религия есть опиум народа. Мне очень часто в советское время приходилось говорить с секретарями райкомов. Меня всегда поражало, что так называемые наши правители никогда не знали марксизма-ленинизма. Они, собственно, не были коммунистами. Я даже понимаю, что для них это хорошо, потому что если бы они изучили Маркса и Ленина во всей полноте, то ужаснулись бы. В спецхраны нужно было помещать не произведения Солженицына, Сахарова, Бердяева, Отцов Церкви, а, прежде всего, Маркса и Ленина. Закон самосохранения не позволял учащимся школ и институтов читать работы Ленина серьезно, так как если бы они прочитали их серьезно, то волосы у них встали бы дыбом так, как они встали у меня. Работа Ленина «Задачи союзов молодежи» – безнравственна. «Великий почин» призывает к террору, убийству рабочих, не участвовавших в субботниках, а ведь некоторые до сих пор считают Ленина самым человечным человеком.

Мы немного отвлеклись. Вновь вернемся к классовой теории. Религия есть опиум народа. Не опиум для народа, как любят иногда произносить для благозвучия марксистскую фразу. Народ сам создает для себя опиум, в котором он ищет утешения от своих страданий. У Ленина, в силу его меньшей интеллектуальной глубины, есть похожая на высказывание Маркса фраза. Ленин по-русски назвал религию – сивухой. Религия есть род духовной сивухи, в которой рабы капитала топят свое бесправие и нищету. Смысл не меняется - самогонка или опиум, у каждого народа свои обычаи. Но главное то, что религии создаются самим народом. Выводы марксистского научного атеизма: для борьбы с религией необходимо в первую очередь создание бесклассового общества. Любое просвещение, любые реформы в классовом обществе никогда не приведут к окончательной победе атеизма. Окончательная победа может быть достигнута только при коммунизме. Когда не будет эксплуатации человека человеком, тогда исчезнут самые главные классовые корни, исчезнут психологические корни, и можно будет достичь благосостояния людей, можно будет достигнуть огромных научно-технических успехов, и тогда исчезнет страх перед природой, поскольку человек будет полностью защищен.

На счет научности классовой теории сейчас вроде бы неудобно говорить. Классовая теория является совершенно ненаучной. Можно долго об этом говорить, но я приведу очевидный и простой пример. Если говорить о научности чего-либо, то логично обратиться к самим представителям науки, которые лучше, наверное, знают, что такое наука. В философии такими людьми, которые опираются на науку, являются позитивисты. Позитивизм – направление в философии, возникшее в начале XIX в., которое считает все философские проблемы псевдопроблемами, и единственным источником научного истинного знания, по их мнению, является наука. И философия должна опираться на науку и черпать свои познания только лишь из науки. Известный позитивист, несколько лет назад скончавшийся, Карл Поппер, представитель постпозитивизма, вывел такой критерий научности теории - критерий фальсификации. Научной является та теория, которая является фальсифицируемой, в смысле опровергаемой, т.е. теория, с которой можно спорить. Это теория, которую можно не ложно опровергнуть, а которую можно опровергать, поскольку она воспринимает аргументы, с ней можно спорить. Критерии истинности имеют давнюю историю. Это уже вопрос истории философии. Этот критерий один из наиболее поздних, наиболее приемлемых критериев. В качестве иллюстрации ненаучных теорий Поппер привел три примера того, какие теории не являются научными, поскольку не являются фальсифицируемыми. Это диалектика Гегеля, психоанализ Фрейда и научный коммунизм Маркса-Ленина.

Не фальсифицируемы, т.е. ненаучны они по простой причине. Диалектика Гегеля основывается на принципе единства и борьбы противоположностей, т.е. А равно не-А. Иначе говоря, ученый высказывает некоторую фразу. Ему возражают: «Нет, это неверно. Верно вот то-то и то-то». А он отвечает: «Совершенно верно. Мы ведь с вами сходимся в принципе – единство и борьба противоположностей. И это верно, и это верно». Понимаете? Противоположности борются – это бессмысленно, ненаучно. Это только в неком возбужденном философском уме возникает такая псевдонаучная теория. С ней нельзя спорить.

Психоанализ Фрейда также не является научным, поскольку если начинаешь спорить с психоаналитиком, то, как известно, он на тебя посмотрит ласковым взором, и скажет: «У вас, видимо, было трудное детство, у вас не до конца преодолен Эдипов комплекс, у вас были интимно-мечтательные отношения со своими родителями. Вам надо долго проводить психологический тренинг. Мы вас вылечим, и тогда вы будете думать совсем иначе». Это тоже ненаучный подход.

Ну и, разумеется, научный коммунизм, который люди старшего поколения прекрасно помнят, тоже не является научным.

Это концепции ненаучные. Поэтому так называемый научный атеизм, опирающийся на классовую теорию, является некоторой философской концепцией, философской в плохом смысле, т.е. ненаучной. Я, хотя и философ по образованию, но всегда призываю своих студентов и слушателей очень настороженно относиться к разным философским концепциям. Не все то, что выходит из под пера философов, является истинным. Бывают такие страшные вещи, как я уже сказал о Гегеле, Марксе и Фрейде, что ни о какой истинности и научности здесь говорить вообще не приходится.

Когда я учился в МГУ, я слушал лекции по научному атеизму. Тогда я еще был человеком невоцерковленным и лекции по научному атеизму слушал с большим интересом и с некоторым страхом. Я все ждал, когда же, наконец, меня припрут к стенке и приведут те неопровержимые аргументы, которые доказывают, что Бога нет. И после помню совершенно точно, когда я прослушал последнюю лекцию, то вздохнул сразу спокойно, свободно. Я узнал обо всех атеистических концепциях, понял, что все они высосаны из пальца и гроша ломаного не стоят.

Фрейдовская концепция концепцией не является. Это просто имитация того, до чего можно дойти в своем желании опровергнуть религию. То, о чем я сказал, когда говорил, что все концепции опровергающие религию, - это концепции ненаучные, а скорее попытка подогнать под ответ, заранее будучи уверенным в том, что Бога нет (это тоже форма веры - веры в то, что Бога нет). И те, кто это делал, пытаются найти некоторые аргументы.

Вы знаете, этот путь, концепцию, которую предлагает Фрейд, о сотворении религии. В своей работе «Тотем и табу» Фрейд приводит историю о том, как в некотором первобытном племени, от которого мы все с вами произошли, возникла религия. По концепции Фрейда, религия возникает на некотором этапе. В племени был очень мощный вожак, у которого было множество детей. Дети его очень любили, почитали, боялись. Но, почитая его и любя, и боясь, они очень завидовали, потому что все самки в этом первобытном человеческом стаде принадлежали ему. И тогда сыновья собираются и убивают своего отца, и съедают его для того, чтобы, съев, приобщиться к его силе. Вкусив его, они почувствовали чувство сытости. Потом, когда чувство сытости прошло, никакой силы у них не появилось, никакие самки к ним не прибежали, и они поняли, что совершили что-то нехорошее. Стало формироваться чувство вины перед своим отцом. В последующем это чувство вины стало приобретать характер религиозный. Они стали обожествлять своего отца, наделять его все большими чертами всемогущества, всеведения. Им казалось, что отец везде за ними смотрит, все видит. И они стали создавать культ, чтобы задобрить дух отца. Стали создавать моральные законы. Сначала возникает заповедь: не убий. Потом поняли, что нельзя вступать в половую связь с самками своего племени. Потом на определенном этапе они понимают, что в съедении своего отца хоть и есть что-то плохое, но это какая-то форма общения со своим богом. Создается христианство как форма убивания своего отца, культивируется, возникает причащение ну и т.д. Форма того, что мы назвали неврозом человечества, – миф, который создается в ХХ в. и выдается за научную теорию. Но согласитесь, что только лишь в таком нелогическом уме такая теория может быть выдана за научную. Никаких тебе археологических доказательств, ничего. Элементарный миф на уровне Древней Греции, который выдается за истинное учение. Психоанализ сейчас в моде, считается научной ветвью психологии.

Еще есть не только атеистические концепции, есть и концепции религиозные. Есть концепция евгемеризма - предположение, что люди обожествляют царей, неких великих людей. Конечно же, в истории всегда находятся такие люди, которые перерастают своих соотечественников умом, своими способностями управлять. Таких царей недостает, люди начинают сожалеть, что раньше правители были достойные, теперь время не то. Впоследствии люди начинают наделять царей все более возвышенными чертами. И со временем, когда в памяти потомков истинные черты забывались, то люди говорили, что были боги, т.е. те древнегреческие боги – Зевс, Артемида, Аполлон, Афина и прочие. На самом деле это были реальные люди, впоследствии их стали наделять божественными чертами. Но о том, что наделение божественными чертами возможно только лишь тогда, когда у людей есть представление о Боге, о том сторонники евгемеризма не задумываются. Невозможно наделить человека даже самого умного, самого наиталантливейшего чертами Бога, не зная о том, существует ли Бог. Не имея в своем уме понятия о Боге, это невозможно. Для того чтобы что-то обожествлять, надо уже иметь в своей душе знание о Боге, т. е. евгемеризм, как концепция, попадает в замкнутый круг: для того, чтобы создать богов путем обожествления некоторых идеальных людей, нужно уже у себя иметь знание о Боге, т.е. боги создаются только лишь тогда, когда боги уже созданы. Понятно, что такой замкнутый круг не может называться научной теорией.

Среди концепций появления религии на определенных этапах развития человечества есть и религиозные концепции, не только атеистические. К таким религиозным концепциям относятся некоторые концепции, распространенные среди протестантских деноминаций, согласно которым религия появляется в результате откровения. Жили люди, не знали ничего о Боге, не имели никакой религии. Затем на определенном этапе Бог выбирает себе некоего человека более нравственного, чем другие, скажем, Моисея. Бог призывает его к себе, затем дает ему откровение о Себе со скрижалями, на которых выбиты заповеди. И с тех пор общество живет, опять руководствуясь только этими знаниями; живет до тех пор, пока вновь не дается следующее откровение, заключенное в Новом Завете. Бог становится человеком, опять учит людей, дает им новые заповеди и вновь покидает их. Люди опять живут, не имея никаких контактов с Богом, никакой Церкви, никакого общения человека с Богом, никакого встречного движения человека к Богу. Конечно, такой теории быть не может.

Религия, как мы с вами знаем из вчерашней лекции, есть связь человека и Бога, а не просто разовые откровения. Из таких разовых откровений возникает теория невидимой церкви. Скажем, в протестантизме объясняется, почему возникают с их точки зрения различные заблуждения, которые существует в православных и католических церквях: потому что после Христа церковь стала невидимой. Она существует на небе, но на земле ее нет. Она стала видимой опять только лишь после Лютера и Кальвина. Тогда опять этим мужам было дано некое откровение. Но такая концепция напоминает нечто от мусульманства, где есть Аллах и Магомет, пророк его: нет бога кроме Аллаха и Магомет пророк его. Т.е. Бог общается через некоторых пророков, а остальные люди - это как стадо неразумное. Они себе это позволить не могут. Христианство основывается на том, что каждый человек отвечает перед Богом сам, а не через неких пророков и святых, ибо каждый человек несет в себе образ Божий и каждый человек обязан стремиться к Богу самостоятельно.

Такая концепция, хоть и имеет в себе черты видимости христианской, истинно христианской названа быть не может, даже истинно религиозной, потому что здесь нет вообще понятия о религиозной жизни, понятия о нравственном совершенствовании, о стремлении человека к Богу и т.д.

Я говорил о различных видах классификации теории возникновения религии. Здесь кроме учения о том, что религии возникают на определенном этапе, есть теории, которые утверждают, что религия существовала всегда. Но, тем не менее, она не является истинным учением.

Теория второго рода относится к концепциям немецкого философа-материалиста Людвига Фейербаха, согласно которому религия возникает вследствие неправильного самопознания человека. Как говорил Людвиг Фейербах: правда о человеке есть антропология.

Человеческий разум, человеческая природа вообще очень сложна и обращает внимание на свою душу. Под душой, конечно же, Фейербах понимает не нематериальную бессмертную субстанцию, а некую форму организации высшей материи. Я сказал, что Фейербах был материалистом. Человек обращает внимание на то, что он имеет бесконечный разум. Это значит, что он имеет объективные законы, а поскольку они объективны, то они кажутся человеку независимыми от него. Человек путает понятие объективности как независимости от него, существование его разума с тем, что существует независимо и вне его. Человек объективирует свой собственный разум, утверждает, что его разум существует вне его, т.е. ставит свою собственную сущность вне себя и утверждает, что этот разум является Богом, хотя на самом деле это есть не что иное, как просто свойство его собственной природы. Далее кроме разума есть еще и воля. Есть еще эмоциональная область, чувства, которые выражаются в чувстве любви, ненависти, дружбы. Он понимает, что это все существует в одной единой душе и опять же все это объективирует. Утверждает, что Бог не просто един, а Он един в трех лицах, т.е. Бог соединяет в себе и разум, и волю, и чувства, объективируя которые, человек называет их соответственно именами – Бог Отец, Бог Сын, Бог Дух Святой.

В своей работе «Сущность христианства» Фейербах подробно выводит практически все доводы христианства из свойств человеческой природы.

Фейербах показал, что он действительно прослушал христианство, и его ученикам Марксу и Энгельсу действительно все это очень понравилось. Они сказали: «Фейербах раскрыл психологические корни религии, но, к сожалению, ему не удалось раскрыть классовых корней».

Когда я читал «Сущность христианства», я видел, что Фейербах действительно талантливый философ. Неслучайно он получил образование на теологическом факультете Гейдельбергского университета. Но впоследствии такое образование он использовал совершенно не по назначению. Когда читаешь работу «Сущность христианства» Фейербаха, понимаешь, что читаешь совершенно правильную богословскую работу, но в этой работе все перевернуто с ног на голову. Вместо того чтобы сказать, что поскольку Бог один, а человек есть образ и подобие Божие, то разум у всех людей одинаков; что поскольку Бог един в трех лицах, то человеческая природа троична; что поскольку Бог есть любовь, то человек как образ и подобие Божие имеет в себе нравственное чувство Фейербах переворачивает все эти очевидные для любого христианина положения и утверждает, выдает их следствия за причины. Но если богословская точка зрения действительно имеет глубокие корни, то концепция Фейербаха, с одной стороны, принижает человечество, считает всех людей сумасшедшими. Что такое сумасшедший человек? Это человек, который выдает свои фантазии за реально существующие вещи. Человечество, которое выдает все то, что существует в его уме за реально существующего Бога, – это сумасшедшее человечество. Так относиться к людям как к сумасшедшим, ну, по меньшей мере, безнравственно. Точнее говоря, нельзя относятся ко всем людям как к сообществу дураков. С другой стороны, концепция Фейербаха слишком возвышает всех людей. Ибо если предположить, что все люди столь гениальны, для того чтобы уметь проводить в себе самопознание и обнаруживать в себе все свои способности, и таким образом создавать Бога, то это опять же достаточно наивно. Ибо далеко не все люди являются философами научными, познавая свою собственную природу и таким образом объективируя свою собственную сущность.

Эта концепция Фейербаха противоречива. С одной стороны – наивна, с другой стороны – бесчеловечна. Но в любом случае она ненаучна и не отвечает на вопрос об истинном происхождении религии.

На вопрос об истинном происхождении религии отвечает, прежде всего, христианство, начиная с Ветхого Завета. Религия, согласно Ветхому Завету, возникает тогда, когда был сотворен человек. Как известно, человек был сотворен в райском саду, в Эдеме. И в первоначальном своем бытии Адам и Ева имели возможность общения с Богом непосредственно до тех пор, пока наши прародители не ослушались Бога, не съели плод с древа познания добра и зла и не были изгнаны из рая. Вот после того как Адам и Ева были изгнаны из рая, то непосредственное богообщение, непосредственная связь человека с Богом прервалась.

Прародители живут воспоминаниями. Вначале эти воспоминания живые. Непосредственно прародители помнят о тех днях, когда они могли непосредственно общаться с Богом. Это общение прекратилось. Но они знают, что Бог есть, и эта непосредственная память у них жива. Эту же память они передают своим детям. Но дети, которые не имеют опыта истинного богообщения, уже воспринимают эти слова по-разному. Одни, как Авель, верят своим родителям и живут благочестивой жизнью, вознося хвалу Богу. А другие, как Каин, также верят, что Бог существует, но, в своей гордыне надеются на то, что может Бог не такой не такой уж всемогущий, как рассказывают мама с папой. Подобные Каину делают дела непотребные – как убийство собственного брата, а потом за это убийство наказываются. Оказывается, что Бог, действительно, всеведущ и всемогущ, может настигнуть убийцу везде.

Но в дальнейшем, с увеличением людей на Земле, это воспоминание о Боге все более и более стирается из памяти людей. В конце концов, остается только лишь смутное понятие о Боге. Смутное знание о том, что Бог есть. А что Он из себя представляет? Каков Он? Как с Ним общаться? Как Его познавать? Этого знания у людей уже нет, и остается одно знание, что Бог есть.

Каждая философия имеет понятие о Боге. И человек в своем постоянном поиске Бога начинает искать: где же можно найти Бога? Будучи теоретически необразованным, не имея таких научных и философских органов познания, человек наивно, первобытно подходит и к этому вопросу познания Бога.

Вначале человек начинает обожествлять явления природы. Действительно, многие из них превосходят человека своей мощью. Скажем, он думает, что Бог – это солнце, которое может дать жизнь, а может дать ему смерть, как в засуху. Человеку кажется, что Бог – это молния, которая мгновенно уничтожает то, что этому Богу неугодно. Ему кажется, что Бог – это море бесконечное, бескрайнее и т.д.

Но для того, чтобы что-то обожествить, как совершенно правильно говорил профессор МДА Михаил Юрьевич Кудрявцев-Платонов, нужно всегда иметь понятие о Боге. Никакая материалистическая теория познания, на каком бы принципе абстрагирования она не обосновывалась, не позволяет дойти до того, что из небытия, из ничего, если Бога нет, вдруг возникает понятие об этом существе. Для того чтобы обожествить явления природы, для того чтобы населить мир божественными духами, у человека должно уже быть понятие о Боге, иначе он попадает в замкнутый круг, о котором я говорил, рассказывая о теории евгемеризма. Дальше, как говориться, больше. Люди начинают задавать себе все больше и больше вопросов. Они видят богов за животными, за растениями. Возникают различные виды первобытных религий. Возникает тотемизм – поклонение тотему. У каждого племени есть свой тотем – животное или растение. Возникает анимизм – обожествление духов. Это форма познания, следующая по очереди. Человек понимает, что у него у самого кроме тела есть некая душа, и тело приводится в движение посредством этой души. А значит и в природе, которая также должна осуществить движение: ветер дует, молния сверкает, море волнуется - все это тоже должно приводиться в движение некими духами. Возникает анимизм, т.е. концепция, согласно которой мир населен духами. Но все это, опять же повторяю, предполагает неосознанное, смутное, неправильное, искаженное познание Бога.

И, обращаю ваше внимание. Какие бы древние книги вы ни читали, высококультурных народов типа древнегреческого или самых забитых африканских племен - всегда у этих народов существует представление о некотором неименуемом, всепроникающем Боге. Не только о Зевсе или Гефесте, Посейдоне, Афродите, а о некоем Боге, как говорили древние греки, - о некоем Хроносе, о некоей судьбе, которой подчиняются все боги. Даже Зевс не всемогущ, как говорили древние греки. Всем управляет Хронос – Бог времени, т.е. представление о некоем едином истинном Боге, пусть искаженное, пусть в неправильном виде все равно сохраняется в любом народе.

Оказывается, что концепция, которая получила название прамонотеизма. Монотеизм – учение о едином Боге. Прамонотеизм – учение о том, что до всякого политеизма существовал первобытный монотеизм. Политеизм возникает как искаженное знание об истинном Боге. Потом в любой политеистической религии всегда существуют следы прамонотеизма. И этнографические, и этимологические исследования всегда отчетливо показывают истинность именно этой христианской концепции.

В Ветхом Завете в книге Иисуса Навина говорится о том, что люди стали создавать себе богов. И только лишь один человек - Авраам имел в себе истинную память об истинном Боге. И именно поэтому Авраама и призвал к Себе Господь. И сказал ему: «Иди в другую землю. Там от тебя произойдет великий народ, которого будет больше, чем песчинок на дне океана».

ЕСТЕСТВЕННОНАУЧНАЯ АПОЛОГЕТИКА

Библия и наука

Если я утверждаю, что противоречия между христианством и наукой не существует, то это мое высказывание должно иметь два одинаковых утверждения. С одной стороны, это утверждение должно привести к тому, что христианство, т.е., прежде всего, Библия не утверждает ничего, что не совпадало бы с современным научным знанием. А с другой стороны, современная наука не должна утверждать ничего, что противоречило бы Библии. Такие два утверждения мы с вами и рассмотрим. И первоначально, я думаю, следует обратиться лучше всего к первому подходу, т.е. к анализу Библии, к тому, как она относится к науке. Можем ли мы, читая Библию, вывести из нее то, о чем говориться в современных научных теориях? Не нужно видеть науку только лишь в физике, наука - это и математика, и биология, и астрономия, и история. Мы с вами будем говорить об отношении к различным наукам со стороны Библии.

Итак, вначале мы поговорим о библейской картине мира, о библейской научной теории и посмотрим: насколько можно с ней разговаривать, как к ней относиться, может ли она считаться научной? Или, действительно, как утверждают современные атеисты: «Наивные держатся прошлого, с которым нужно расставаться, смеясь», повторяя слова классика марксизма-ленинизма.

Высказываний, которые можно было бы отнести к научному исследованию, в Библии не так уж и много. Практически все они сосредоточены на одной странице, на самой первой странице Библии – в книге Бытия, которая получила название Шестоднев, т.е. которая повествует о сотворении мира, о шести днях творения.

Прежде чем поговорить подробно об этом, несколько таких соображений: об истории написания Ветхого Завета и как относиться к его достоверности или недостоверности, мы поговорим позднее. Но сейчас просто я напоминаю вам, что время жизни Моисея – автора Ветхого Завета, это примерно за тысячу лет до Рождества Христова, т.е. где-то современник Гесиода, Гомера. Поэтому то, что мы сейчас будем говорить, рассказано за три тысячи лет до нас.

Можно взять концепции вавилонские, египетские, древнеиндийские или древнегреческие, и ни одна из этих концепций не может даже сравниться с ветхозаветной. Ну, как серьезно можно говорить о возникновении мира из яйца или праяйца? Как можно серьезно говорить о том, что некий бог разделился на части? Поэтому мы и называем такие концепции мифологическими. В лучшем случае мы можем их исследовать с точки зрения сознания народов той эпохи, но ни один серьезный и даже несерьезный ученый не будет рассматривать древневавилонские, древнеиндийские, китайские, египетские тексты как предмет для научного спора.

Но библейский текст является до сих пор предметом научного спора. А мы помним из прошлой лекции, что принцип фальсификации является принципом научным. Поэтому если с ветхозаветным текстом спорят ученые, то тем самым его предполагают родственным себе, т.е. научным. Это первое соображение.

Второе соображение. Возьмем Древнюю Грецию. Не более отсталые в развитии страны как Египет, Вавилон или Шумер, а Древняя Греция позднего периода, образованные, гениальные для своего времени философы – Эмпедокл, Анаксагор, Демокрит. Что они говорили о возникновении мира, о возникновении жизни? Если мы сейчас читаем Демокрита, то видим его учение об атомах, его учение о существовании небытия, которое он называет вакуум. Мы говорим, что в этом много истинного, это предвосхищение идей современной физики. Когда мы посмотрим на его концепцию о возникновении жизни, то она опять же ничего, кроме улыбки, у нас не вызывает. Демокрит пишет, что на земле в какое-то время стали образовываться пузыри, а потом из этих пузырей стали выходить в готовом виде животные и, конечно же, человек. Ничего научного в такой концепции нет. Или рассмотрим концепцию Эмпедокла (V век до Р.Х.), который говорил, что вначале были созданы отдельные члены, отдельные органы различных тел. Эти органы стали соединяться друг с другом. Таким образом появлялись сторукие, тысяченогие, безголовые животные, которые, естественно, не могли жить. Они умирали. Выживали только лишь те животные, те живые существа, которые имели соответствующее количество органов, что позволяло им питаться, размножаться, передвигаться и т.д. В этом некоторые видят такое гениальное предвосхищение теории эволюции, теории образования видов на основе естественного отбора. Но это можно увидеть только лишь при большом желании. Ничего научного здесь нет. И научной критикой теории Эмпедокла никто не занимается. Не забудем, что речь идет о гениях, о действительных светилах древнегреческой науки.

Кто такой был Моисей, автор Пятикнижия Моисеева, в том числе и книги Бытия – Шестоднева? Моисей был, как известно, пастух. Хоть он и был воспитан при дворе фараона в Древнем Египте и получил там некоторое образование, известное жрецам, но, тем не менее, он был пастухом. Тем более, он жил за 500 лет до Эмпедокла, т.е. ни о каких особых научных знаниях говорить не приходится. И, тем не менее, о том, что было написано Моисеем за 1000 лет до Р.Х., до сих пор идут разговоры. Хотя бы это уже заставляет нас задуматься, что обычными человеческими силами этого добиться невозможно. Естественно, что такой текст, который является современным до сих пор, современным с научной точки зрения, может быть результатом только лишь Божественного Откровения.

Немножко отвлекусь. Сейчас, к сожалению, богословом можно быть, не принадлежа к Церкви, сейчас может заниматься богопознанием человек, что называется, с улицы. Хотя интересно представить себе физика, который не верит в существование законов природы, или представить себе врача, который не верит, что больного можно вылечить. Зато может быть богослов, который не верит в бытие Бога. Это нормально! Хотя в других дисциплинах это понятие сумасшествия. А здесь, наоборот. Это ненормально. Научный исследователь должен на самом первом этапе соглашаться с фактом существования того, что он исследует. В противном случае этот человек является психиатром. Он не верит, что тот предмет, который видит его больной, на самом деле реально существует. Ему кажется, что это болезнь, ее нужно вылечить. Поэтому богослов, который не верит в бытие Бога, это скорее такой психоаналитик, для которого религия есть невроз.

Но сейчас в наше время научного исследования, еще раз повторяю по основному критерию науки: если я не верую в существование объекта моего исследования, такого исследования быть не может. Это первое соображение со стороны научности. И второе соображение – элементарное. Опять же прошу прощения, все время приходиться отвлекаться в область истории философии. Великий французский философ и ученый, математик и физик, пожалуй, самый гениальный за все века существования ученый Блез Паскаль как-то высказал совершенно правильную мысль: человек – это удивительное существо. Он посвящает всю свою жизнь решению ничего не значащих проблем, тратит на них все свои силы, все свои знания, все свои деньги, все свое время. А самой главной проблеме, которая реально существует (ведь то, что человек умрет – это факт известный, это факт не абстрактный), проблеме - что будет после смерти, действительно ли душа умирает вместе с телом, или может быть, она бессмертна? - человек не уделяет достаточно внимания. Этот вопрос каждый человек решает походя. Этот вопрос имеет для него гораздо меньшее значение, чем какая угодно проблема.

Паскаль совершенно правильно пишет, что такая поврежденность человеческого ума не может быть естественным свойством человека. Понятно, что это результат грехопадения. Потому что в нормальном уме человек всегда естественно выбирает - на первое место ставит главную проблему, потом – менее главную, потом еще менее главную и т.д. Но действительно главная проблема – проблема бытия после смерти - ставится человеком на самое последнее место. На первое место ставятся проблемы, без которых вполне можно обойтись, в том числе и проблема научного познания, которую, как говорил Паскаль, дают познать, поскольку ее знают гораздо лучше, чем мы. Вот это меня больше всего, как и Паскаля, всегда поражает.

Человек всегда бывает легкомысленно относящимся к себе: не к преподавателю, не к своим друзьям, а именно к себе. Он не задумывается о самом себе. Он самого себя не любит. Ему наплевать на самого себя, что будет с ним после смерти. Хотя бы почитай пару книжек для того, чтобы действительно убедиться в том, что твоя душа после смерти умрет. Так даже и этого не делается. Принимаются на веру слова первого встречного, как будто это сто первая проверка.

Итак, остановился я на том, что результат того, о чем говорил Моисей в своей картине происхождения мира, явно является результатом откровения. Человек той культуры, того уровня научных знаний не мог сказать ничего, что было бы интересно современному человеку - человеку после создания теории относительности, квантовой механики, теории эволюции и прочего...

Как вы помните, я не буду зачитывать, вы это помните, создание мира описывается как шесть дней. Каждый из этих дней повествует об определенном периоде, определенном этапе сотворения мира.

Что значит шесть дней? На это есть различные точки зрения. Вы, наверное, уже заметили, мою такую методологическую особенность. Это особенность не моя. Это особенность, которую я привнес с собой из физики. Есть в современном естествознании метод экспериментальный. Там, где можно проводить эксперимент, эксперимент проводить нужно. Там, где эксперимент проводить нельзя, нужно проводить эксперимент мысленный - то, что я вам предлагал на прошлых занятиях. Вот здесь мы тоже не можем провести эксперимент с сотворением мира и с получением откровения Моисеева. Естественно, мы должны провести эксперимент мысленный. Сказано, как были записаны эти пять книг Моисеевы?

Ну, понятно, что четыре книги – это история собственно Моисея, которую он записывал. Жизнь - это исход и т.д., то, что было впоследствии. А то, что было до Моисея, как он получил? Об этом тоже сказано: Моисей был взят на гору Синай, и там, в облаке, им было получено откровение. Моисей – это особый человек. Каждый из нас может попытаться встать не на место его святости, а просто на его место как человека. И мы можем представить себе, что перед ним, по всей видимости, развертывалась какая-то картина или, может быть, ему диктовалось то, что он мог записать на языке, понятном ему, именно понятном ему. Нельзя слишком многого требовать от Моисея. Мы не должны говорить, что если мы не видим здесь уравнения теории относительности, то это значит, что об этом нельзя разговаривать. Моисей бы ничего не понял из такого откровения. Поэтому Бог открывался ему именно на понятном ему языке. Он записал так, как он мог это понять. Или можно представить, что Моисею открывалась некоторая картина. Он ее видел со стороны – откровение сотворения мира. Ну, как бы в кино. Он это видит и записывает по памяти то, что он видел.

Сопоставив эти две концепции, именно так можно понимать шесть дней творения. Шесть дней на горе Синай перед Моисеем развертывались эти картины. В первый день – сотворение неба и земли. Во второй день – отделение неба от земли и т.д. Эта концепция не самая распространенная, но она тоже существует. Шесть дней творения – это шесть дней откровения Моисею.

Наиболее распространенная концепция, согласно которой шесть дней – это шесть этапов. Ибо сказано в книге Бытия, в книге Иисуса Навина, в псалмах, что для Бога один день, что тысяча лет. Тем более что слово «день», которое мы переводим на русский язык как некоторые сутки, на древнееврейском понимается как (по-гречески «эон») некоторая вечность, некоторый огромный промежуток времени, т.е. шесть дней принято понимать как шесть огромных периодов времени. Такая точка зрения является наиболее распространенной.

Хотя есть и такая более радикальная, фундаменталистская точка зрения, распространенная среди протестантов, но встречающаяся и среди православных. Скажем, сейчас есть книга священника Тимофея «Православное мировоззрение и современное естествознание». Он является сторонником того, что шесть дней – это именно шесть дней. Для Бога нет ничего невозможного. Мир был сотворен именно в шесть дней. Хотя, помнится, еще Вольтер иронизировал: как это можно говорить о шести днях, когда солнце и луна появляются только лишь на третий день? Сказано, что сотворил Бог два светила: светило большее – для управления днем и светило меньшее – для управления ночью. В четвертый день они появились: как же можно говорить о днях до того, как появились эти дни? Ну, Вольтер Вольтером. Мы этот вопрос также попытаемся рассмотреть. По крайней мере, существуют разные точки зрения. Наиболее распространенной является та, что день - это огромный промежуток времени.

Итак, в первый день, как сказано, сотворил Бог небо и землю. Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою. И сказал Бог: да будет свет. И стал свет. И отделил Бог свет от тьмы.

Прежде чем прокомментировать эти слова, приведем несколько общих соображений: о сотворении мира Богом и вообще об отношении Бога и мира. В религиозной философии и в различных религиозных концепциях существует различное представление об отношении Бога к миру и о сотворении мира Богом. Наиболее правильной концепцией является та, что Бог творит мир из небытия. И мир существует с одной стороны – независимо от Бога, с другой стороны – зависимо от Бога, и без Бога мир существовать тут же перестанет, но в то же время он не существует как часть Бога. Он существует независимо. Вы дальше будете изучать в богословии Вселенские соборы, узнаете о так называемом Халкидонском соборе, который установил принцип соединения естеств в Господе нашем Иисусе Христе, и узнаете, что Божественная и человеческая природа в Нем соединялись неслитно и нераздельно. Вот такая противоречивая форма. С одной стороны, Иисус Христос как человек и Иисус Христос как Бог, как ипостась Пресвятой Троицы - это не одно и тоже, а с другой стороны – это одно и тоже. Это не поддается рамкам формальной логики, но, тем не менее, когда мы вторгаемся своим наглым, дерзким умом в познание Божественного, то та граница, которая нам указывает на наше место – на шесток, на котором нужно остановиться – это проявление противоречий.

Принцип отношения мира и Бога подобен халкидонскому. Мир существует отдельно от Бога и вместе с Богом: произвольно он тут же перестал бы существовать, но если бы он являлся частью Бога, он не развивался бы, в нем не было бы движения, не было бы несовершенства и других свойств, которые не свойственны Божественной природе. Это концепция теизма.

Есть и другие концепции не являющиеся истинно христианскими, но продолжающие считать себя таковыми. Есть концепция, которая называется деизм (от слова «деоз» – Бог). Деизм обозначает, что мир был сотворен Богом, но существует независимо от Него. Мир был сотворен, Бог дал миру законы, как бы первый толчок, и дальше мир развивается по законам независимо от Бога. Бог сам по себе, мир сам по себе. Эта концепция возникает и становится наиболее распространенной в XVII веке, когда с ростом протестантизма и с ростом научных теорий, некоторые ученые хотели соединить христианство и науку, т.е. в мире есть некоторые законы, сотворенные Богом, но эти законы позволяют миру существовать самому по себе. Есть концепции, которые называются пантеизмом (от слов «пан» – все, «теос» – Бог). Это название можно перевести «все есть Бог», т.е. мир и Бог это одно и тоже. Эта концепция появляется позже. Ее наиболее ярким представителем является Спиноза. Мир и Бог это одно и тоже. И отсюда известная опасность: поскольку мир и Бог это одно и тоже, то всегда возникает желание одну из частей этого тождества вычеркнуть. Если Бог и мир это одно и тоже, то можно убрать Бога, останется мир. Зачем нам нужен Бог? Можно оставить одну часть тождества. Из пантеизма опытно можно легко вывести материализм. Такой вывод делали Фейербах, Маркс и Энгельс, считавшие Спинозу своим предшественником. А с другой стороны, отсюда легко сделать другой вывод: поскольку мир и Бог это одно и тоже, то мир представляется некоторой видимостью. Можно мир вычеркнуть, оставить Бога. Реально существует лишь Дух, а мир только лишь кажется нам. К этой концепции мы можем отнести Беркли, некоторые современные мистические концепции также можно отнести к пантеистическим взглядам. Понятно, что эта концепция не является правильной, потому что мир оказывается вечным. Мир не сотворен. Даже если мы и будем разделять чисто теоретически мир и Бога, то мир оказывается вечным. Мир совечен Богу. Мир в данном случае не сотворен Богом, не зависит от Него, а имеет в себе Божественную природу. А это уже является чисто формальным противоречием. Согласно чистой формальной логике, независимым самодостаточным существом является только лишь Бог. Мир, если он существует самостоятельно, тоже является Богом. Существование двух богов противоречиво. Эта логика была замечена еще греческим философом Ксенофонтом. Потому как ясно видно, что эта концепция взаимопротиворечива.

И поэтому в христианстве утверждается зависимость мира от Бога не по природе Бога, хотя высказывалась и точка зрения, что Бог творит всегда. Что Бог творит по своей природе, поэтому не может не творить. Отсюда мир существует тоже всегда. Ибо, если было бы время, когда не было бы мира, то тогда Бог не был бы Творцом, а это невозможно, поскольку Бог творит по своей природе. Значит, мир творится Богом всегда. Мир совечен Богу. Это концепция, которая была высказана Оригеном. Она была осуждена на V Вселенском соборе, ибо опять же здесь оказывается для Бога некоторое ограничение - Бог не может не творить. Это опять же нелогично по отношению к Богу, по отношению к Его всемогуществу.

Поэтому в христианстве утверждается сотворение мира по Его воле. Мир вытекает не из сущности Бога, а из Его благости. Мир сотворен по Его любви, по Его воле. Хотя, помнится, еще в первые века противники христианства задавали вопрос: «А что же делал Бог тогда, когда мира не было?» Вот такими словами начинается знаменитая глава «Исповеди» блаженного Августина. Я вам всем рекомендую прочитать Августина и его «Исповедь», хотя бы с той точки зрения, что это классика мировой литературы. Такого рода книг, написанных в жанре исповеди, история мировой литературы насчитывает только три: Августин, Руссо и Л.Н. Толстой. Конечно же, книга Августина возвышается и над книгой Руссо, и над книгой Толстого на несколько порядков. Это уникальная книга по своей религиозной глубине, по философской глубине, по своему литературному достоинству. Со всех сторон это замечательнейшая книга. Я рекомендую вам эту книгу прочитать.

Эта замечательная книга включает в себя рассуждение о времени, которое Августин начинает с вопроса, который задают ироничные противники христианства: «А что же делал Бог до того, как Он сотворил мир?» Августин пишет: «Я не буду отвечать так, как отвечают некоторые: Бог выдумывал наказания для тех, кто будет задавать подобные вопросы. Я отвечу не такой шуткой, а отвечу по существу».

Кстати, об уровне современных критиков. Приведу такой пример. В интернете есть различные сайты, где происходят споры на религиозные темы. Я недавно просматривал один из них. Один из атеистов, как казалось ему, положил на лопатки своего православного оппонента. Он говорит: «Что вы пишете, если ваш отец Церкви написал сам, что «Бог (далее он якобы ссылается на блаженного Августина) до сотворения мира придумывал наказания для тех, кто будет задавать подобные вопросы». Понимаете: человек даже не удосужился прочитать Августина, нормально процитировать, забыл частицу «не». О каком уровне критики тут можно говорить?

После этих общих соображений переходим к анализу того, что было сказано Моисею в этой книге, в этом Шестодневе. Во-первых, обращаю ваше внимание на порядок этих шести книг. В первый день творится небо и земля, и свет. Во второй день твердь посреди воды, которая отделяет воду от воды и является суша. Затем в третий день производится зелень, трава, сеющая семя, дерево плодовитое и т.д. В четвертый день производятся светила на тверди небесной для отделения дня от ночи и для знамений, и для управления ночью и днем. В пятый день творятся живые существа. И в шестой день творится человек. Вот какой порядок мы наблюдаем задолго до космогонических теорий Лапласа, до теории эволюции Дарвина. Обращаю ваше внимание: в самом общем смысле Моисей высказал порядок, совершенно разделяемый современной наукой. Ни один из ученых никогда не говорил в то время именно так – в начале материальный мир, потом растения, потом животные, потом человек. Мы с вами можем предположить, что Моисей, видимо, был супергениальным ученым на уровне Лапласа, Эйнштейна и Дарвина одновременно, что, простите, просто невозможно за 2000 лет до нас.

Что касается первого дня, в который творится небо и земля, то здесь есть общехристианское понимание этого. Небо – это мир духовный, мир ангельский, мир духовных сущностей. Земля – это мир материальный. И далее говорится везде о мире земном: отделение земли от воды и т.д. О мире ангельском не говорится, говорится только лишь о мире материальном. Земля же была безвидна и пуста. И тьма над бездною. И Дух Божий носился над водой. Как понимать эти слова? Меня всегда удивляло то, что современные материалистические ученые не замечают в своих теориях вопиющего противоречия: говорят о возникновении Вселенной, о возрасте Земли, о времени появления жизни и одновременно говорят о вечности мира. Как сопоставить, извините, эти два положения? Если мы говорим о вечности мира, то на основании чего мы говорим о времени Земли, о возрасте Вселенной, о времени появления жизни? Ведь мир вечен, и жизнь должна быть вечной. Хорошо! На это утверждают, что Вселенная вечна, но звезды в ней и солнечные системы различные, и планеты возникают и исчезают. Но отнюдь не выделявшийся религиозными умозрениями академик Шкловский в связи с этой теорией заметил, что если предположить так, то тогда жизнь должна появляться не только на Земле. Жизнь должна возникать и на других планетах, где есть условия для появления жизни. А поскольку Вселенная вечна, то на таких планетах жизнь должна была существовать уже достаточно давно. И цивилизация, на одной из них, должна была развиться до такой степени, что она значительно превосходит цивилизацию земную, т.е. они уже открыли все те законы, о которых мы даже еще не слышали. Нашли способ передачи информации на другие солнечные системы, галактики. Нашли способ передвижения среди галактик. Все это нашли. Поэтому мы должны были о них уже узнать, как только начали исследовать космос. Но какие бы ни были мощные телескопы, сколько бы не исследовали космос, никаких сигналов братьев по разуму нами получено не было. Вследствие этого академик Шкловский делает вывод из всего этого (он отнюдь не религиозный человек, просто здравомыслящий ученый): человечество существует только лишь на земле. Он не делает вывода, что мир сотворен и прочее. Просто он чисто логически отметил, что других человечеств в космосе нет. Если бы они были, то при наличии вечной, бесконечной Вселенной обязательно должны были о себе дать знать. Значит, человечество существует только лишь здесь на Земле, больше нигде.

Итак, возвращаемся к толкованию первого дня творения. И сказал Бог: «Да будет свет!» Знаменитая фраза, самая знаменитая. Как ее только не пародируют! Почему свет? Как говорит современная наука о возникновении мира? Еще одно отступление – возникновение мира. Сейчас наиболее распространенной является концепция «Большого взрыва», и тем самым современной наукой признается возникновение мира из «ложного вакуума». Концепция «Большого взрыва» признается потому, что она получила экспериментальное подтверждение. Этим подтверждением являются два знаменитых открытия - красное смещение и реликтовое излучение, т.е. тот самый фон, который остался от того самого огромного по энергии «Большого взрыва», который до сих пор как бы гуляет по нашей Вселенной. Это все экспериментально обнаружено. Есть другие способы объяснения этого, но, тем не менее, большинство ученых-физиков мира признаются в существовании именно «Большого взрыва».

«Большой взрыв» был результатом взрыва некоего «ложного вакуума» (фактически небытия), в котором возникает огромная энергия, затрачиваемая на расширение образовавшейся Вселенной. Таким образом, наука не противоречит фундаментальному тезису Библии о сотворении мира из небытия. Квантово-механическое подтверждение того, что возможно возникновение мира из небытия путем разделения небытия на два вида миров – на вещество и антивещество, было получено академиком Гинзбургом, опять же человеком нерелигиозным. Я это подчеркиваю, чтобы вы не говорили, что они подтасовывают некоторые факты. А до этого гипотеза о возникновении такого двуполярного мира: миров и антимиров, т.е. 011, была впервые высказана академиком Нааном и затем была теоретически обоснована академиком Гинсбургом.



Pages:   || 2 | 3 | 4 |
Похожие работы:

«-685800209550 NICKELODEON РОССИЯ•ИЮЛЬ 2014•ГЛАВНЫЕ СОБЫТИЯ В ПРОГРАММЕ ВЕРСИЯ 1•СОСТАВЛЕНО 20.05.2014 191452512700 704850-659130КОЛДОВСКАЯ ИСТОРИЯ (НОВЫЙ СЕРИАЛ). Премьерный показ – в понедельник 7 июля в 17:15. Новые серии...»

«Факультет психологии Кафедра глубинной психологии и психотерапии ОСОБЕННОСТИ ПСИХОЛОГИЧЕСКОГО КОНСУЛЬТИРОВАНИЯ В СЕТИ ИНТЕРНЕТ (на примере группы социальной сети) Выпускная квалификационная работа по направлению подготовки 37.03.01 Пс...»

«ББК 63.3(2)523 УДК 94(47)083 Топко Дмитрий Николаевич, историк, преподаватель истории ГБОУ "Луганский казачий кадетский корпус имени маршала авиации Александра Ефимова", Луганск, ЛНР, topko.dmitry@yandex.ua. Истоки формирования русского военного искусства Аннотация: В свете имеющ...»

«Рабочая программа учебного курса "Всеобщая история" в 9 классе на 2016-2017 учебный год Составлена учителем истории, обществознания Шилинг Еленой Николаевной 2016 гПОЯСНИТЕЛЬНАЯ ЗАПИСКА Рабочая программа составлена на основе Фе...»

«Класс: 7 Предмет: английский язык Тема: Great BritainЦели и задачи урока:1.Развивающая : развитие мыслительных операций: анализа и синтеза; творческих способностей учащихся, умения использовать информационно-компьютерные технологии в...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИУРАЛЬСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ИМ. А. М. ГОРЬКОГО. Кафедра археологии этнологии и специальных исторических дисциплин.ИСТОРИЧЕСКИЙ ФАКУЛТЕТ Курсовая работаФОРМИРОВАНИЕ ДРЕВНЕРУССКОГО ЭТНОСА Студента, гр. И-202 Колмакова Романа Петровича Научный руководитель Миненко Нина Адамовна Екатеринбург 2007 г...»

«Административная контрольная работа по истории Учени. 7 " " класса Ф.И... Вариант 2.1. Указ об "урочных летах":А)запрещал свободный переход крестьян от одного хозяина к другомуБ)устанавливал пятилетний срок сыска беглых крестьянВ)определял переход крестьян к другому помещику только в Юрьев деньГ)уст...»

«Тема: Кризис империи и русско-японская война.Цели:1) ознакомить учащихся с причинами, ходом и результатами русско – японской войны; выявить причины и основные события (1905 г.) революции 1905 – 1907 гг.2) продолжи...»

«Женщины войны 1941-1945гг. Великая война 1941-45 гг., которая по замыслу начавшей ее гитлеровской Германии должна принести ей мировое господство, в итоге обернулась для нее полным крахом и доказательс...»

«Дидактический материал для логопедических занятий. Составила: учитель-логопед МБОУ Саваслейской школы Цымбалова Елена Павловна Речевая гимнастика "Памятник пословице"Памятники воздвигают в честь великих людей и знаменитых событий. В памятниках отра...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования "Алтайская государственная академия образования имени В.М. Шукшина" (ФГБОУ ВПО "АГАО") Факультет истории и права Ка...»

«Дата _ 9 класс. Всеобщая история. Урок 15. Завершение эпохи индустриального общества. 1945-1970-е гг.Цели урока: Охарактеризовать общую экономическую ситуацию в послевоенной Европе. Определить векторы экономического развития Европы. Новые термины: "бретонвуд...»

«Муниципальное бюджетное общеобразовательное учреждениеНаро-Фоминская средняя общеобразовательная школа №5 с углубленным изучением отдельных предметов Утверждаю Директор МБОУ Наро-Фоминскойсош №5 СУИОП Подгорная Т. А. Приказ № _ от. Рабочая программа по учебному предмету Физическая культура 11 б класс (девушки) (базо...»

«ВВЕДЕНИЕ Возрождение интереса к идее гражданского общества связано с необходимостью глобального социального переустройства, в процессе которого должны возникнуть структуры общественного кон...»

«Пояснительная записка Программа разработана для занятий с учащимися 1-4 классов во второй половине дня в соответствии с новыми требованиями ФГОС начального общего образования второго поколения, на основе программы История и культура Санкт-Петербурга Е.В.Дмитриевой.   В процессе разраб...»

«Государственное учреждение образования "Браславская гимназия" Факультативный курс "Исследуя гуманитарное право" 3949701089660как один из способов популяризации знаний об истории и деятельности Международного движения Красного Креста и Красного Полумесяц...»

«"Муниципальное автономное учреждение средняя школа № 102 с углублённым изучением отдельных предметов" Реферат на тему История развития вычислительной техникиРаботу выполнил: Ученик 8 класса "Б" Грачёв Алексей Алек...»

«Тест Литературный герой – образ персонаж Указать определения понятия "литературный персонаж" любой человек, который хочет быть героем литературного произведения любой человек, который изображается и описывается в литературном произведении...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего профессионального образования "Российский экономический университет имени Г.В. Плеханова" Филиал в г. Пятигорске, Ставропол...»

«Муниципальное бюджетное общеобразовательное учреждение начальная общеобразовательная школа № 12 " Гармония" Утверждаю Директор МБОУ НОШ № 12 Н.И. Черевкова " 19" января2017г. Рабочая программа КружкаПОЯСНИТЕЛЬНАЯ...»

«МОУ "ШАРАПОВО-ОХОТСКАЯ ОСНОВНАЯ ОБЩЕОБРАЗОВАТЕЛЬНАЯ ШКОЛА" п. Шарапова Охота Проектная работа по теме "Бой с ленью" Автор: Раимбеков Муслим, ученик 1 класса Руководитель: Ефремова Ирина Юрьевна 2016 годОГЛАВ...»

«МУНИЦИПАЛЬНОЕ КАЗЕННОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ "УПРАВЛЕНИЕ ОБРАЗОВАНИЯ"АДМИНИСТРАЦИИ МУНИЦИПАЛЬНОГО РАЙОНА "БАЙ –ТАЙГИНСКИЙ КОЖУУН РЕСПУБЛИКИ ТЫВА"П Р И К А З от "12" августа 2016 г. № 152 о/д Об организованном проведении Дня знаний в образовательных учреждениях кожууна На основании приказа Министерства образования и науки...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИРОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Федеральное государственное бюджетное образовательное учреждение высшего образования"ТЮМЕНСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ" Ишимский педагогический институт им. П.П. Ершова (филиал) Тюменского государственного унив...»

«Особенности течения острого аппендицита с атипичным расположением аппендикулярного отростка. Актуальность проблемы. Трудности диагностики этого заболевания, тяжесть осложнений, связанных с поздней диагностикой, свидетельствуют о том, что проблема...»

«1.Пояснительная запискаРабочая программа по истории России составлена на основе:Федерального государственного образовательного стандарта;Примерной программы основного общего образования по истории для 5-9 классов образовательных учреждений;Авторс...»

«№ ГРУППЫ 5 НАЗВАНИЕ КУРСА Прекрасная ФранцияДАТА ВРЕМЯ ЗАНЯТИЕ ТЕМАСЕНТЯБРЬ 21.09.15 Пн. 15.00-18.00 1 лекция Доисторическая Франция: пещеры Франко-Кантабрии, мегалиты Бретани. Франция кельтская. Р...»








 
2017 www.docx.lib-i.ru - «Бесплатная электронная библиотека - интернет материалы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.